Ханна пришла на чье-то пение, точнее подвывание себе под нос. Войдя на кухню ведьма замерла. Под музыку что доносилась из радио в ритм двигала бёдрами блондинка и умело переворачивая блины, подпевала себе под нос. Её волосы были собраны сзади в хвост, а одета она была в домашние шорты и белую майку.
— Малия?
Ханна помнила о вчерашнем вечере. О Эрле и обмене телами с Барри, но все равно не могла поверить своим глазам. После целых 17 лет мук и ада, что она прошла она видит своих самых дорогих людей. Тех, кто повлиял на её характер и жизнь. Те, с кем связаны и плохие и хорошие воспоминания. Её навеки лучшая подруга и на лице сразу же появилась широкая улыбка, а эта квартира тут же стала для Джеймс роднее дома в котором проживала вместе с Фреей.
Ханна даже не успела и открыть рот, лишь вздохнуть, когда сзади неё кто-то положил руку ей на плечо. Осторожно повернув голову Джеймс восторженно и громко вскрикнула и от неожиданности отшатнувшись, а Мел от испуга выронила лопатку для блинов и наконец развернулась посмотрев сначала на Ханну, что-то ли от испуга, то ли от счастья закрыла себе рот руками смотря то на Малию, то на Питера…
— И тебе доброе утро, — скептически произнёс Пэн, вскинув брови, а потом усмехнулся, — неужели за пару дней я так изменился?
— Заткнись, Пэн, — с трудом произнесла девушка убрав руки, — Малия… Боже… Как я скучала!
Ханна кинулась в объятья к ошарашенной от всего произошедшего за пару секунд Малии, совершенно не волнуясь о блинах, что могут подгореть и вся квартира сгорит до тла в считанные секунды. Блондинка улыбнулась и в ответ обняла подругу по которой тоже очень скучала.
— А меня так и никто не обнимет, какая жалость, — хмыкнул Пэн пожав плечами, совсем не рассчитывая на это, но через полминуты когда Ханна перестала душить Райли-Барри подошла к Питеру и тут заинтересовался, а Мел почувствоав что этим двоим есть о чем поговорить унесла готовые блины в гостиную.
Джеймс сначала просто приблизилась к Пэну. В голове сразу всплыл их последний поцелуй, что он попытался ей стереть.
— Я тебя ненавижу, ты в курсе? — спросила она, склонив голову на бок.
— Но это же не мешало тебе ревновать меня к Алисе, верно? — изогнул он бровь с насмешкой и Ханна на секунду смутилась, — я знаю, малышка Джеймс. Я самый дорогой для тебя человек.
— Это не ревность, и нет, не правда. Ты мне не дорог, — парировала она вновь гордо закинув голову вверх, — это злорадство.
— Ханна, — прыснул он со смеха, — ты вообще помнишь сколько тебе лет? Ревность женщине твоего возраста не к лицу, а ложь и вовсе никого не красит
— Тоже я могу сказать и тебе, — она приблизилась ещё на шаг, — я не поверю тебе если скажешь, что не хотел выпустить все кишки Лиаму, когда он. Обнимал меня… Целовал.
— Он делал это все с Алисой, а не с тобой.
— Я знаю тебя, Питер… Слишком хорошо. Возможно, даже лучше чем ты сам.
Пэн изменился в выражении лица и одной рукой сжал руку Джеймс, а двумя пальцами другой руки её подбородок.
— Тогда скажи, что я хочу сделать сейчас?
Дыхание участилось.
— То что я не позволю.
— Да ну? Проверим?
— Я откушу тебе язык, Пэн.
— Арр, — прорычал Питер прямо в губы Ханне, — а ты обозлилась ещё больше… Мне нравится.
Ханна стиснула зубы и оттолкнула его от себя. Питер отшатнулся на один шаг и усмехнулся. Джеймс знала что он играет. Всегда играл. С жизнями потеряшек или тех кто был ей дорог, а в особенности он любил играть с её чувствами. Питер Пэн не любил её. Он любил любовь Гвендалин, но точно не Ханну Джеймс. Она обошла его и направилась на кухню. Как жаль, что Ханна не знала причину почему после поцелуя проклятье так и не было разрушено. Как жаль, что она пыталась закопать в себе чувства, считая их слабостью. Какая жалость…
— В общем, — начала шатенка, когда вся троица оказалась на кухне и прожевала кусок что откусила от блина, — в моей голове сейчас в приступе агрессии бьётся королева всех сучек Алиса Лиддел, за моей шкурой охотятся ведьмы из лавандового квартала, на меня два раза покушались и это за пару дней, а так же с ведьмами заодно Алан Хейз, который питается кошмарами подростков. Ко всему прочему Эшфорд усилил опеку над Алисой и кажется догадывается обо мне. Фрея постоянно где-то пропадает. Кажется они уже обдумывают план как меня убить. Ну, что, друзья, — выпрямилась шатенка, — какая на этот раз будет наша стратегия?
— Нужно освободить Эрла, — начала Малия, — но для этого нам придётся вернуться в квартал…
— Я не позволю этого, — тут же перебил её Питер скрестив руки на груди.
— А тебя никто не спрашивал, — огрызнулась Джеймс, — я спасу своего брата чего бы мне это не стоило.
Всё были встревоженны, даже Питер и только Ханна Джеймс была уверена в своих силах.
