Утки летят на юг полностью

Регина. Наш разговор теряет последние остатки здравого смысла. Я ни в кого никогда не стреляла и не собираюсь. Простите, миссис Вагнер, но я больше не смогу уделить вам времени.

Мери. Мне тоже пора идти. Путь неблизкий, да и дождь, похоже, усиливается. Не беспокойтесь, я обязательно буду навещать вас в тюрьме.

Регина. Вон отсюда! Дженни! Дженни!

В комнату вбегает горничная.

Горничная. Полковник Мортон, мадам!

Мери. Вот кто вам сейчас нужен. В разгар боевых действий кто-то должен взять командование на себя.

Регина. А этому какого черта? Впрочем, уже все равно. Давай полковника!

Дженни исчезает в дверях. Появляется полковник Мортон. Он в мундире. Бросается в глаза обилие орденских планок на френче.

Полковник. Миссис Беркли! Мадам!

Регина. Миссис Вагнер.

Полковник. Вот как? Снова в наших краях?

Мери. Вы умеете стрелять, полковник?

Полковник. Полагаю, что да.

Мери. А научить этому можете?

Полковник. Когда-то мне это удавалось.

Мери. Научите миссис Беркли. Она только что призналась мне, что проявляет к этому занятию живейший интерес. Привет всей честной компании (Регине.) Я буду навещать вас…

Миссис Вагнер выходит из гостиной.

Регина. Почему люди так охотно верят любому бреду и высмеивают любое проявление искренности? Ваше мнение, полковник?

Полковник. Я в этом деле плохой арбитр. У меня как раз все наоборот. Дела, которыми мне довелось заниматься, исключали ложную информацию. Только абсолютная достоверность!.. Лишь однажды, кстати, совсем недавно, я пробовал схитрить. Добрые побуждения, знаете ли… И из меня сделали посмешище.

Регина. Кому как повезет.

Полковник. Вы хотите брать уроки стрельбы?

Регина. Не обращайте внимания, полковник. Миссис Вагнер немного не в себе.

Полковник. Я тоже.

Регина. А вы-то почему?

Полковник(тыча пальцем в орденские планки). Глядите, сколько их? По ним можно изучать географию. Этот за Африку. Этот за Вьетнам. А этот букет собран в окресностях Багдада. И повсюду, прежде, чем начинала работать артиллерия, работали мозги. У меня всегда неплохо варил котелок, мадам. Вот доказательства. (Палец упирается в планки.) А сейчас в газетах меня называют «старым дурнем».

Регина. Вы совсем не старый, полковник!.. Дорогой сосед…

Полковник. Это была самая простая и самая невинная операция в моей жизни. Всего лишь один труп… В чем я ошибся?

Регина. Вероятно, в том, дорогой сосед, что вы, как и мы все, считали мистера Вагнера покойным. А он оказался жив.

Полковник. Вы тоже так считаете? Видите, и у вас неплохо варят мозги (в сторону.) Хотя, откуда они у женщин?.. Знаете, миссис Беркли, я бы взял вас в свою команду. Есть, правда, одно препятствие. На вас приятно задержать взгляд. Я думаю, даже камуфляж не смог бы значительно исказить ваши… топографические особенности. Это плохо. Красота узнаваема. В нашем деле ценится неприметность. Вам странно, что я заговорил об этом? Военные – тоже люди, особенно, когда они действуют на местности, где отсутствует маскировка. А в остальном вы просто созданы для войны. Вы это знаете, и вам это, безусловно, по нраву. В ваших глазах читается желание довести до конца любое дело. Примите мои восторги, мадам! Далеко не каждый мужчина способен даже начать… Там, в джунглях, существовало одно правило… кстати, весьма полезное… Особенно для новичков. Если кто-то возвращался с задания, не выполнив его, я говорил ему: «Иди и исправь ошибку». Конечно, в моем распоряжении имелись и другие меры воздействия – в армии с этим строго. Но я очень редко прибегал к строгости. Иначе, парень мог бы сломаться.

Регина. Какой парень?

Полковник. Тот, кто не выполнил задания. Вы поняли, миссис Беркли? Иди и исправь ошибку!

Регина. На что вы намекаете, мистер Мортон? Тут вам не джунгли, а я – не ваш солдат. Я женщина!

Полковник. Это просто бросается в глаза!.. Вместе со мной работали и женщины. И отлично работали! Они, знаете ли, куда более сообразительны, чем мужчины. Им ничего не надо было повторять дважды. Все просто бредили войной, рвались в самое пекло – их приходилось сдерживать. Особенности нашей работы давали им то, чего они были лишены в жизни – остроты, пьянящего чувства риска, уверенности в собственной неотразимости.

Регина. Неотразимость – это что же, по вашему, бах-бах – точно в цель?