– Меня зовут «Может, ты и старше меня», – говорит Грифф, – а фамилия «Но я все равно тебя поколочу, болван».
Улыбаясь, Стив присаживается к столу:
– Извините, что опоздал. На подъезде к Лутону жуткая авария… – Улыбка улетучивается. – Все тащатся в один ряд.
– Да, мы из Бирмингема тоже долго добирались, – говорит Эльф.
– Туман, мороз, – говорит Дин. – Дорога местами как каток.
– Слушай, а ты не голоден? – спрашивает Грифф. – Сами-то мы только что поели.
– Спасибо, я пирогов наелся перед дорогой. Между прочим, нам с тобой надо потихоньку выдвигаться. Там, в чайнике, чаю не осталось? Горло бы промочить.
– Я сейчас чашку принесу, – говорит Дин.
– Ну и как вы в Бирмингеме отыграли? – спрашивает Стив.
– Неплохо. – Грифф смотрит на Джаспера и Эльф.
Эльф кивает:
– Ты ведь нас в Дерби видел? С тех пор у нас появилась пара новых песен. Грифф играет как заведенный. Или как обезумевший демон. В общем, как обычно.
Джаспер переводит взгляд со Стива на Гриффа и обратно:
– Ты точно такой, как он. Только совсем другой.
– Это потому, что у меня есть и красота, и ум, – говорит Стив.
– И дерьма под завязку, – ухмыляется Грифф. – Ты машину забрал? Все в порядке?
– Ага. Приятель дяди Фила живет недалеко от Уэмбли, мне как раз было по пути. «Ягуар», три года, двадцать тысяч миль пробега. Подвеска – как по воздуху летишь. За таким стоило съездить.
– Очень кстати, – говорит Эльф. – Оба будете дома к самому Рождеству. Я себя чувствую просто гангстером. Сдаю тебе свидетеля, из рук в руки.
– Если бы он не приехал в Гулль на Рождество, – говорит Стив, – мама велела бы его похитить и привезти домой в багажнике. А так он хоть за рулем посидит.
Дин возвращается с чашкой:
– Рад служить, милорд.
– Спасибо, дружище. – Стив наливает чай, пьет, запрокидывая голову. – Уф, то, что доктор прописал. Да, пока не забыл. Тут для вас работенка имеется. – Он выкладывает на стол три пластинки «Рай – это дорога в Рай» и черный фломастер. – Подписывайте.
– Ну, нам пока еще это не надоело. – Дин берет фломастер. – А кому?
– Одну – для Уолли Уитби, вторую – родителям, а третью – мне. Когда вы станете знаменитее
– А Уолли знает, что это не традиционный джаз? – уточняет Грифф.
– Конечно знает. Он как увидел «Темную комнату» на «Вершине популярности», так на следующее утро первым делом помчался в музыкальный магазин и начал рассказывать покупателям, что первым заметил твой талант, когда тебе было двенадцать. Он постоянно приносит маме статьи и вырезки про вас.
Дин передает пластинки и фломастер Гриффу.
– Классная обложка, – говорит Стив. – Вам-то самим нравится?
На конверте – фотография кафе «Джоконда». Эльф, Джаспер, Дин и Грифф сидят за столиком у окна. Фотограф снимал с длинной выдержкой, поэтому на изображении призрачно присутствуют расплывчатые очертания пешеходов, собаки и велосипедиста. В левом верхнем углу конверта на стене дома видна табличка с названием улицы «УТОПИЯ-АВЕНЮ», в правом нижнем углу, на уличном газетном щите, надпись: «Рай – это дорога в Рай».
– Очень, – говорит Дин.
– С ней долго возились, – говорит Джаспер.
– И вдвое превысили бюджет, отведенный «Илексом» на художественное оформление, – добавляет Эльф.
Грифф ставит свою подпись над бледным окном.
– Альбом – как дитя, – говорит Эльф. – А мы вчетвером – его родители…
– Какие-то у тебя рискованные сравнения, – замечает Дин.
Эльф морщится:
– Ты понимаешь, о чем я. То, что создаешь, должно выглядеть именно так, как задумано. Обложка – это лицо.
Морозный воздух сочится под куртку Гриффа, пробирает до костей.
– Бррр, сегодня холоднее, чем в Сибири! – Каждое слово вылетает изо рта белым облачком.
Все собираются у Зверюги.
– Ну что, до тридцатого, – говорит Грифф товарищам.
– Мы с Джаспером готовим праздничный ужин в Шато де Зут, – напоминает ему Дин. – Я отказываюсь встречать Новый год в «Синем вепре».
– Спасибо, что предупредил. Я захвачу с собой зонд. Вдруг понадобится срочное промывание желудка, – говорит Грифф.
– И не разворачивай подарки до Рождества, – говорит Эльф. – Иначе они рассеются облаком сожалений. Передай от нас привет всем своим.
– Вы тоже.
Джаспер пожимает ему руку, очень формально, но в то же время душевно.
– Счастливого Рождества, остолоп-северянин, – говорит Дин.
– Мира и радости, фанфарон-южанин, – отвечает Грифф.
Все, кроме Стива и Гриффа, забираются в Зверюгу. Эльф садится за руль, с третьей попытки заводит мотор, протирает запотевшее лобовое стекло, машет Гриффу рукой на прощание и выезжает со стоянки.
Стив ведет брата к «ягуару» S-класса, залитому лунным светом.
– О-го-го! – Грифф ласково поглаживает капот.
– Хочешь порулить?
Магистраль М1 пронзает северную тьму. Мимо проносится указатель «ГУЛЛЬ 102» и высокие фонари. Задние фары огромной фуры алеют в ста метрах впереди. В салоне «ягуара» теплее, удобнее и тише, чем в Зверюге. Машина послушна рулю, управлять ею легко. «И безопасно», – думает Грифф.
