— Говорят, что иногда, на пустынных аллеях парков, к ученику, гуляющему в одиночестве, может подойти незнакомая девушка. Обычно она просит помощи в поиске какой-то потерянной вещи или просто заводит разговор на какие-нибудь малозначительные темы. Разговаривать с ней интересно. Она весёлая, находчивая и очень общительная. Жертва проникается доверием к незнакомке и человеку начинает казаться, что между ними возникает симпатия. Обычно жертвой целующей девушки становятся парни. Они быстро теряют бдительность. Девушка целует их и крадёт огонь души. После этого бесследно исчезает.
— И что будет, если она украдёт огонь души? — озадаченно спросила я.
— Говорят, что пропадут все желания и стремления. Человек словно спит на ходу. Ничего не хочет и ни о чём не переживает. Потому будет моментально отчислен из академии из-за неуспеваемости, и никто не знает, что будет с ним дальше.
— Понятно, — я кивнула. — Красивая легенда.
— Думаешь? — Мила поёжилась. — По-моему, тоже жуть какая-то. Учти, что жертвами целующей девушки могут быть и ученицы. Хотя такое бывает очень редко. Говорят лишь о двух случаях.
Я усмехнулась, ничего не говоря.
— По слухам, если жертву кто-то случайно окликнет, пока он разговаривает с целующей девушкой, она растает, как наваждение.
— Хорошо. Вряд ли я позволила бы кому-нибудь себя поцеловать. Тем более девушке. Но, как я уже сказала, легенда красивая. Нужно отдать должное человеку её сочинившему. Какая следующая?
— Третья легенда рассказывает о призрачном, ночном смотрителе, — Мила снова забавно округлила глаза и понизила голос, почти до шёпота. — Говорят, ночью по академии ходит дух смотрителя. Если попасться ему на глаза, случится что-то страшное.
— Что именно? — я удивлённо вскинула брови.
— Тут варианты разнятся, — Листвард пожала плечами. — Одни говорят, что жертва окажется в подземелье замка, и её, в полной темноте, будут бить плети, сто раз, в качестве наказания.
— Ужас! — я покачала головой.
— Другие говорят, — продолжала Мила, — что пойманный ученик окажется голым, привязан к воротам замка на высоте трёх метров от земли и его обнаружат только утром.
— Забавно! — я усмехнулась.
— Третьи говорят, — девушка пропустила моё замечание мимо ушей, — что попадёшь в колодец для узников, в компанию крыс. Крики оттуда наверху не слышно и жертв обнаруживают чисто случайно, когда начинают искать их по всей академии.
— Понятно, — я кивнула. — Надеюсь, эту легенду придумал не дисциплинарный комитет ради того, чтобы ученики не нарушали ночью комендантский час.
— Кто знает? — Листвард пожала плечами. — Четвёртая легенда гласит, что нельзя после полуночи и до рассвета проходить под аркой вначале аллеи роз. Даже охранники, что патрулируют территорию академии по ночам, никогда под ней не проходят.
— А что будет, если пройти? — заинтересовалась я.
— Обязательно случится какое-то несчастье, травма, а может, даже, лишишься жизни, — Мила вздохнула.
— Понятно.
— Пятая легенда рассказывает о шагах в темноте, — продолжала Листвард. — Они могут появиться в любом тёмном коридоре академии, обязательно за спиной. Никогда не было, чтобы они шли кому-нибудь навстречу. Если услыших их, оглядываться нельзя и нельзя, чтобы они тебя догнали. Иначе обратишься в статую. По слухам, учителя скрывают эту тайну и прячут все такие статуи в одном тайном зале под академией. Говорят, сейчас там больше сотни окаменевших фигур с выражением застывшего, неописуемого ужаса на лицах. Но ещё говорят, если услышишь за спиной такие шаги, можно бросить на пол монету и они тотчас отстанут. Монета пропадёт.
— Забавно, — я усмехнулась. — Никогда прежде не слышала о таком. Не думаешь, что кто-то просто придумал способ, как вытрясти немного денег с учеников, перепуганных слухами о таинственных шагах?
— Возможно, — Мила улыбнулась. — Шестая легенда рассказывает о голосе, зовущем по ночам жертву по имени. Кажется, он снится во сне, а когда просыпаешься, чудится, что слышишь его наяву откуда-то издалека. Ходить на голос нельзя. Нужно что-нибудь выпить и прочесть молитву. Голос отстанет.
— А что будет, если пойти?
— Кто знает? — Листвард пожала плечами. — Те, кто пошёл на голос, больше никогда не возвращались обратно. Так что никому не ведомо, что там ждёт.
— Понятно.
— Последняя легенда гласит о плачущей темноте.
— Что? — я удивилась. — Как это?
— Не знаю. Говорят, что иногда в каком-то месте вдруг начинает скапливаться темнота, и оттуда слышен тихий плач.
— Что значит скапливается?
— Ну, представь себе коридор, а за поворотом как-то неестественно темно. На самом деле так быть не может. И оттуда доносится плач, словно где-то там, в темноте плачет ребёнок. Но входить в темноту нельзя. Иначе вселится злобный дух и заберёт твоё тело. Скорее всего, остальные люди даже не сразу догадаются, что с тобой что-то не так.
— Ясно, — я покачала головой. — Очень захватывающе. Признаться, такого я даже не ожидала. Семь легенд академии. Безумно интересно.
«А я значит восьмая, по утверждению Эдварда Дэвера. Забавно…»
