Вся последующая неделя прошла в томительном ожидании, когдаПетруччо закончит анализ моей рукописи. Периодически я звонил ему, чтобы узнать результат, на что он неизменно отвечал, что, мол, анализ это дело длительное, что, мол, быстро это только кошки рожают, и то котята слепыми рожаются. В местных новостях в начале недели стали говорить о распространении в нашем регионе неизвестной эпидемии вызывающей у больных галлюцинации в виде змееподобного монстра. К середине недели в вечерних новостях прошло сообщение о том, что монстра видели среди бела дня в центральном парке, где он напал на группу иностранных туристов. Дежуривший в парке полицейский открыл по нему стрельбу из табельного оружия, но предотвратить преступление не смог. Монстр, проглотив двух туристов, исчез, словно растворился в воздухе. Один из погибших туристов снимал на видеокамеру местные архитектурные достопримечательности, и в момент нападения монстра камера продолжала работать. Информация из этой выпавшей из рук погибшего туриста камеры сейчас изучается в полиции. К расследованию привлекли несколько известных зоологов, в их числе одного крупного специалиста-серпентолога и одного специалиста-палеонтолога. Более подробную информацию, а также предварительные выводы обещали передать в ночных новостях. Я снова позвонил Петруччо.
– Бонжорно! Новости смотрел?
– Да, Димыч, смотрел, - грустным и в тоже время раздражённым голосом ответил он. – Теперь все мои пациенты разбегутся к чёртовой матери. Некоторые, чего доброго деньги назад требовать начнут. Мол, если монстр реален, то от каких это галлюцинаций я их лечил.
– Что нового с анализом рукописи? – перебил я его.
– Свет в конце туннеля уже виден. Я подключил к этому парочку своих старых друзей хакеров и программистов. Программа анализа уже написана, и анализ идёт полным ходом. Как только будет результат, в ту же секунду извещу тебя.
– Спасибо Петруччо. Лучше бы результат был как можно скорее. Монстр уже начал убивать людей. Полиция нам не поможет. Ореведерчи.
– Я знаю Димыч. Чао. – он повесил трубку.
Я отправился на кухню и сварил себе кофе, чтобы не уснуть к ночным новостям. Затем, не известно зачем, тщетно попытался дозвониться до жены, хотя прекрасно знал, что сегодня не суббота и тем более не полдень и на связь она не выйдет. Чтобы отвлечься от грустных мыслей в ожидании новостей, я сыграл несколько партий в шахматы с компьютером и все проиграл, независимо от уровня сложности игры, который понижался после каждой проигранной партии. Наконец подошло время ночных новостей, я включил телевизор и приготовился ловить каждое слово ведущего. Меня постигло лёгкое разочарование: ничего нового я не услышал. Я начинаю соглашаться с нашим менеджеров Виктором (ударение на втором слоге), который вообще новости не смотрит. Он считает это ненужной тратой времени и кроме «бла-бла-бла», так он называет пустой разговор, там ничего не услышишь.