Клямин возвратился в парк за три часа до окончания смены. Дежурный механик выглянул в окно. Таксомотор уже стоял над смотровой ямой контрольно-пропускного поста. Клямин протянул дежурному путевой лист. Тот вставил лист уголком в штамп-часы и нажал кнопку, отбивая время окончания работы.
- С чем явился? - спросил дежурный.
- Свеча полетела, - ответил Клямин.
Дежурный смотрел на него с удивлением. Тоже нашел причину закончить работу раньше срока.
- А как план? - поинтересовался дежурный.
- В ажуре, - усмехнулся Клямин.
- Мало на вас вешают, - проворчал дежурный. - За несколько часов план везете.
- Не твоя забота, чин, - оборвал его Клямин. - Свечи есть? А то склад закрыт.
- Будто они есть на складе. - Дежурный достал из ящика свечу в картонной фабричной упаковке. - Твое счастье. Тебе одну?
- Думаю, одну. - Клямин достал из кармана три рубля, хотя свеча стоила несколько дешевле: за услугу надо платить.
В парке вообще к услугам относились с уважением. На каждом шагу изволь отблагодарить то механика, то электрика, то кузовщика, то сторожа на этаже… Твердый тариф, лишнего не возьмут. Традиция…
- Слушай, Клямин, тебя тут один домогался по телефону, - вспомнил дежурный. - Просил передать. Два раза звонил.
Дежурный оторвал кусок газеты с записанным на нем телефонным номером и протянул Клямину. Номер был Клямину незнаком, это точно. У него особая память на телефонные номера. И чей телефон, непонятно - ни фамилии, ни имени… Клямин хотел тут же позвонить, но городской аппарат в дежурке оказался спаренным с кассой и потому был вечно занят.
Клямин въехал во двор парка.
Очередь на мойку тянулась чуть ли не от ворот. Разумнее было пока что повозиться с двигателем. Он отогнал таксомотор в сторону, поднял капот…
Но загадочный телефонный звонок вызывал у него беспокойство. Клямин захлопнул капот, запер автомобиль, отыскал в кошельке двушку и вышел на улицу, к автомату.
Ждать не пришлось - автомат мгновенно сработал, на том конце провода подняли трубку. Голос был незнакомый. Грубоватый, с хрипотцой.
- Послушай, Клямин! Ты приходи, брат, на улицу Подольскую, к дому десять, стукни в квартиру сорок два. Лады? И бегом!..
- Кто это говорит? - прервал Клямин. И у него в голосе прорвалась такая же полублатная интонация.
- Хороший человек говорит. И не тяни резину - в твоих интересах. Завтра будет поздно.
- Ты Беню знаешь?.. Так не пойти ли тебе к его родственникам? - предложил Клямин. - И бегом!
- Не валяй дурака, Антон. Тебе из Ставрополя кланялись. Понял? То-то. - Незнакомец повторил адрес и повесил трубку.
Подольская улица находилась минутах в трех ходьбы от таксопарка. Дом десять стоял углом. На первом этаже размещались овощной магазин и парикмахерская. Все подъезды выходили на улицу, кроме одного - он притулился во дворе, у сложенных штабелями порожних ящиков из-под овощей. Сорок вторая квартира была на третьем этаже. Звонка действительно не было, как и таблички с фамилией.
Клямин постучал костяшками пальцев.
- Антон? - донесся голос, приглушенный деревом.
- Ну, - нехотя отозвался Клямин.
Дверь распахнулась. На пороге стоял Виталий Гусаров по прозвищу Параграф. Клямин обрадовался, но виду не подал. Поездка в Ставрополь, кажется, сблизила их…
Гусаров стоял без пиджака, в белой рубашке с крахмальным воротничком. Тонкие подтяжки обозначали довольно заметное брюшко. Белобрысые волосы, как всегда, были безукоризненно причесаны. Он сердечно поздоровался с Кляминым и указал ему на дверь, ведущую в глубину квартиры. Клямин снял куртку, повесил на гнутый крючок. Комната выглядела запущенной и неопрятной. Старый диван, три больничных табурета, шкаф с резной рассохшейся облицовкой. Дверь, ведущая в соседнюю комнату… «И описать нечего», - усмехнулся про себя Клямин, присаживаясь на диван. Противоположный угол дивана занял Гусаров.
- Помыть бы руки? - спохватился Клямин. - Липкие после работы.
- Сейчас нельзя, - почему-то смутился Гусаров и, предупреждая удивление на лице Клямина, добавил: - Чуть позже. И руки, и туалет, если понадобится. Чуть позже.
Клямин обескураженно покрутил головой и нахмурился:
- В чем дело, Виталий? Короче.
- Куда уж короче, Антон… Помните - тот увалень, кузовщик из Ставрополя, сказал, что ищут виновника аварии? Пострадали пятеро. Дело передано милиции. Все транспортные происшествия на том участке взяты под особый контроль. И вдруг обнаруживается не зарегистрированная в ГАИ авария. Тут даже Серафим Куприянович бессилен. Это первое.
Гусаров протянул руку, взял с подоконника сигареты, пошлепал по карманам брюк, обнаружил плоскую зажигалку, закурил.
- Все, что я сейчас рассказываю, Антон, как говорится, сугубо для служебного пользования. - Он выпустил первую сильную струйку дыма. - Вы мне симпатичны, поверьте. Так, неосознанная симпатия…
Клямин кивнул. Он чувствовал искренность в тоне Гусарова.
