Она передала тогда же, как я должен питаться. Вот продукты, названные ей: треска, печень, репа, брюква, лук, орехи, изюм, семечки дыни. Одно совпадение восхищало. Дынные семечки, как ни странно, я любил. Значит, это было доведено до моего сознания раньше, годы назад, без Жанны. Ведь я не слышал ни от кого о дынных семечках и о гурманах, их любящих.
…А лотом провал в эту страшную болезнь, из которого я бы не выбрался сам. Моя оболочка прогибалась под ударами колдуньи, сжимала меня, душила, и, наверное, в ней зияла не одна дыра.
Даль и ширь становились многомерными, выпуклыми и необъяснимыми. Пытаясь объяснить невероятное, иррациональное, я был вовлечен в эпицентр этих качеств или свойств. Вихревая воронка Бермудского треугольника казалась по сравнению с этим образчиком ясности чем-то вроде сообщающихся сосудов.
Не всегда я мог разобраться даже во внешней канве событий. Так, речь пошла о пантакле. Он был нужен мне. Но это сложно, сказала Жанна. Я допытывался, докапывался до истины. Но истина божественная отличается от человеческого суррогата ее.
— Если рассказать о той истине, которую мы узнаем от тебя, то никто не поверит, ни за что на свете! — воскликнула как-то Жанна.
— Аша есть аша, — спокойно сказала богиня.
Я уже знал к этому времени, что на языке богов аша означает истину. О пантакле я знал из старых сочинений по магии. Выяснилось, что многое там сказано неполно, неточно. На магическом кольце, подаренном богиней, рисунок не тот, что в руководствах по практической магии. Отличие не слишком бросающееся в глаза, но все же есть. С пантаклем же произошло следующее. Нужна была серебряная пластинка. Жанна искала ее, я тоже, Богиня сказала о ней.
Бляшка — металлический диск, небольшой, на который наносятся магические штрихи. Наше пространство через особую, как бы голографическую фигуру вступает в связь с сущностями астрального мира.
Мы не успели подобрать металл для дисков.
Жанна шла по улице недалеко от метро «Преображенская». Она думала как раз об этом. Далеко впереди она смутно видела силуэт женщины, шедшей навстречу. Смутно потому, что была без очков. Мысль о женщине стала навязчивой идеей буквально в несколько секунд. Она привлекла внимание и точно наступала, нельзя было свернуть в сторону, а очень хотелось это сделать. Темное пальто, пуговицы расстегнуты, подкладка алая, темные сапоги, голубая косынка или платок. Она стремительно приближалась к Жанне. И, поравнявшись с ней, резко протянула руку, раскрыла ладонь и спросила:
— Вы потеряли? Это ваше?
На ладони ее сверкал маленький металлический диск!
Жанна отшатнулась, громко сказала:
— Нет, это не мое!
— А жаль! — воскликнула женщина с сожалением и ушла.
В этой стремительной сцене все странно, все непонятно. Она же шла навстречу! Если бы Жанна обронила что-то, то потерянное осталось бы за ее спиной. Нелогичен вопрос дамы в темном пальто с алым подбоем. Явная связь с пантаклем. А понять все же нельзя.
Вскоре состоялся очередной диалог. Это было испытанием, по словам богини. Жанна стала выяснять, что к чему.
— Это и встреча с твоим прошлым, — разъяснила богиня.
— Не могу понять!
— Подумай, помечтай.
— Пробовала. И он тоже. Не могли додуматься.
…Испытание? Не знаю. Переспрашивать неудобно. Этот эпизод загадочен, как все необъяснимое.
Зимой великая богиня обмолвилась, что пантакль необязателен для меня, достаточно кольца с рисунком. И она показала рисунок. Но как это было сделано!.. Богиня подняла вверх правую раскрытую ладонь, из которой по ее желанию может выходить сияющий луч. Ладонь на этот раз была точно такая, как у земной женщины. Никаких небесных примет, кроме удивительной красоты линий. Мгновение — и на ней проступил узор. Черные линии на белой коже.
— Срисуй, — промолвила богиня. — Не ошибись.
— Что это?
— Это его судьба, его жизнь. Пусть нанесет этот узор на кольцо, изготовленное из серебра и свинца.
— А можно взять только серебро?
— Можно.
Жанна рисовала на клочке бумаги два узора — один для меня, другой для себя, тоже показанный ей. Мое кольцо вскоре было готово. Гравер нанес на его внешнюю сторону магический узор.
Позднее — главное. Через несколько дней Жанна по указанию богини положила кольцо на подоконник. Великая богиня направила свой луч из ладони на кольцо, чуть склонила голову, произнесла:
— Все сделано правильно. Рисунок точен. Теперь возьми кольцо и опусти на три часа в святую воду. Пусть носит на этом пальце!
