Мария кивнула и посмотрела на рюкзак, лежащий около неё, как на пришельца. Рюкзак был очень объёмным, похожий на туристический. Она расстегнула замок, сверху лежали чёрные берцы, как ни странно, ботинки её тридцать шестого размера. Его нутро заполняли: пластиковые баночки с таблетками и жидкостями, герметичные пакеты, полные таблеток, игл, ниток, средствами женской гигиены, зубной пасты — всё это лежало вперемешку, но при этом было аккуратно разложено. Некоторые предметы были помечены стикерами с названиями, написанными аккуратным почерком её матери. В одном пакете оказался шампунь, пахнущий мятой и цитрусами. В другом — спирт. Бинты, скрученные в аккуратные рулоны, были уложены в отдельный отсек.
— Странный набор для пятнадцатилетней девочки, но очень полезный. Как в отпуск… — улыбнулась Наргиза.
Другие тоже заинтересовано посматривали на содержимое рюкзака.
— Это не мои вещи…
— Либо его собирала мамочка, — заметил Макс.
На самом дне обнаружилась большая энциклопедия. Толстый объём и плотные листы не дали книге промокнуть, лишь пропитались влагой по краю. Да, это именно ЕЁ книга! Её любимая книга, в которой есть всё обо всём. Но как она оказалась тут?
— Это что? — воскликнул Макс, наклонившись к ней. — Энциклопедия? Она тебе зачем?
— Я не знаю…
Она, как зачарованная, смотрела на содержимое рюкзака, пока Наргиза не напомнила, что они не на отдыхе и надо заняться делом.
Пятнадцать минут гребли прошли незаметно, потом начали уставать руки. Они поменялись местами и продолжили. Мария не знала, двигаются ли они, но старалась изо всех сил. И тут в тишине, нарушаемой только их тяжёлым дыханием и мерным бульканьем воды, раздался пронзительный звук: «Бррррр…».
Рыжий захохотал:
— Да, я тоже дюже хочу жрать! А интересно, если мы не найдём землю, кого первым съедим? Мы с Машкой — кости да кожа. Наргиза одна шарит во всём этом. Антоха! Остаёшься ты! Прости, брат.
От его болтовни все сбились с ритма, поэтому порекомендовали ему заткнуться и возобновили счёт.
Когда они поменялись в пятый раз, до руки Марии что-то дотронулось под водой. Её обуяло то чувство, которое бывает, когда ты заходишь в воду, и тут твоей ноги касается что-то непонятное. В такой момент ты кричишь и бежишь на берег. Вот и Мария отпрянула от воды и завизжала что есть силы, прижимая руку к груди. Все уставились на неё широко раскрытыми глазами, полными удивления и тревоги.
— Что случилось? — неуверенно спросила Наргиза.
Мария не смогла сразу ответить, из-за столь пристального внимания ей стало дико неудобно. Её сердце продолжало колотиться, как сумасшедшее. Опустив глаза, она промямлила:
— Мне показалось, что-то тронуло мою руку…
— Да итить колотить! Я чуть не обделался! — вскричал рыжий. — Что за детский сад⁈
Наргиза облегчённо выдохнула:
— Наверное, рыба, что ж ещё… Ладно, передохнём и продолжим.
Они поменялись более десяти раз, когда окончательно выбились из сил, а солнце начало клониться к горизонту. Обессиленные, они развалились по дну.
— Антоха, часы только у тебя, сколько мы гребли?
— Почти три часа.
— Слушай, что у тебя за часы? Ну-к, покажи.
Отдохнув, рыжий опять оживился. Сам подсел к Антону и ухватив того за кисть, стал рассматривать интересующую его деталь:
— Видимо, дорогие, раз реально водостойкие. Скок стоят?
— Не знаю, это подарок. Думаю, около пятидесяти такие стоят… Они были в моём рюкзаке. Точное время, сколько сейчас не знаю. Когда я их нашёл, они стояли. Я просто их завёл, — задумчиво ответил Антон.
Часы показывали полпервого. Макс прищурился:
— Значит, ты богатенький?
— Не жалуюсь.
— По тебе сразу видно, что с деньгами. Блин! Знаете что⁈ Если нас похитили… я могу понять, зачем похищать Антоху. Но я-то нищий! Мои родители — ещё те алкаши, они из дома всё продали. Я лет с десяти сам себе предоставлен. И взять у меня нечего. А ты, Машка богатая? Может, меня это…случайно спутали, — хохотнул он, глядя на девушку.
— Я? — удивилась она. Рыжий закатил глаза и недовольно цокнул. Она поспешила ответить: — Не думаю…обычная семья: мама, папа. Мама — домохозяйка, а папа — прораб на стройке.
— А у меня, значит, необычная семья? — засмеялся тот в ответ.
— Ээээ… — она так растерялась, что совершенно не знала, что ответить.
Тут снова вмешалась Наргиза:
— Скоро стемнеет. Нужно поставить палатку, иначе рискуем замёрзнуть ночью.
Они немного обсохли за это время, но одежда всё ещё оставалась влажной.
— Палатку? — удивился Макс. — На лодке?
— Это спасательный плот на десять человек, — пояснила Наргиза, а потом показала, как собирать.
К тому времени, как они закончили, уже окончательно стемнело. Все сказались уставшими и поспешили улечься. Мария и Макс оказались по разным сторонам около стен.
— У меня мама, наверное, с ума сходит… — задумчиво протянула девушка.
— А у тебя мама диктатор? — откликнулся Макс.
Она уткнулась в резиновый пол плота, коря себя за то, что опять сболтнула лишнего.