Утверждение власти полностью

– Очень, очень жаль, что ты не участвуешь в турнире, – произнёс он вроде как спокойно, но злость мужика всё равно чувствовалась. – Остаётся надеяться, что у главы столь древнего и знатного рода была на это причина.

Это он так на мою трусость намекает. Его сын в это время стоял с плотно сжатыми губами и постоянно косился на отца.

– А если не было? – изобразил я удивление. – С чего мне вообще участвовать в подобном мероприятии? Я, по-вашему, клоун, что ли? Сражаться на потеху другим?

– Турнир не представление, – произнёс он, кажется, даже немного недоумённо. – Это способ выяснить, кто лучше.

– Может, и так, – пожал я плечами. – Каждый смотрит на это со своей стороны.

– Что-то подобное видение не помешало тебе участвовать в позапрошлом турнире, – хмыкнул Джемин.

Ливэй рядом закатил глаза.

– Потому что тогда я не был Аматэру, – позволил я загнать себя, как ему кажется, в ловушку.

– Ах, ну да… – усмехнулся он. – Ты же не урождённый Аматэру. Да ещё и глава рода, – покачал он головой.

– Как и Цзошоу Лао, – улыбнулся я. – Который стал главой рода… Когда там? Столетий тринадцать назад?

– Лао был гением! – произнёс Джемин возмущённо.

– А я Патриарх, – пожал я плечами. – К тому же, в отличие от Лао, мой отец – урождённый Бунъя, а мать – потомок Минамото.

– Изгнанные, – бросил он презрительно.

– А крови плевать на такие понятия, – припечатал я его Голосом.

Стоящая рядом Норико вздрогнула, а Джемин выпрямил спину и чуть поднял подбородок. Со стороны даже казалось, что он тянется перед вышестоящим. Как солдат перед генералом. А вот Ливэй, наоборот, чуть склонил голову.

– Кхм… – прокашлялся Джемин. – Был рад с вами познакомиться, господин Аматэру. Не смею больше отнимать ваше время.

– Всего хорошего, господин Цзошоу, – кивнул я ему.

– Зря ты так с ним, – произнёс Ливэй, после того как они отошли подальше от Аматэру.

– Этот мальчишка должен знать своё место, – ответил сердито Джемин.

– Этот мальчишка, – усмехнулся Ливэй, – чуть не заставил меня поклониться ему. Это ведь было йачи, да?

– Да, – со вздохом признал это Джемин. – Подавление царей. Простолюдин, пусть даже принятый в столь древний род, на подобное не способен. Оплошал я.

– Надо бы извиниться… – произнёс осторожно Ливэй.

– Мы как бы тоже не вчера родились, – проворчал его отец. – Не могу я себе такого позволить.

– В отличие от меня, – заметил Ливэй. – Я младше него, с какой стороны ни посмотреть, мне можно.

– С твоей-то гордостью? – усмехнулся Джемин.

– Думаешь, после того, что мы недавно испытали, моя гордость сможет пострадать? – поддержал его усмешкой Ливэй.

– Тогда сделай это, сын, – произнёс серьёзно Джемин. – Даже нам такие враги ни к чему.

– Особенно на пустом месте, – согласился с ним Ливэй.

– Зря ты их так просто отпустил, – заявила Норико, после того как мы отошли от иностранных гостей. – Эти китайцы совсем страх потеряли.

– Ты чего? – посмотрел я на неё с показным удивлением на лице. – Ничего они не сделали.

– Их слова…

– Всего лишь слова, – прервал я её. – Просто очередная перепалка в моей жизни. Мне что, всех таких людей на карандаш ставить? Или ты хотела бы, чтобы я на пустом месте вражду между родами организовал?

По её логике мне и Чесуэ в чёрный список заносить надо. И бог его знает кого ещё. Я ж постоянно с кем-то собачусь. Цзошоу, несмотря на то, что пару раз подступили к черте, так ни разу её и не переступили, да и их слова были намёком на обычные оскорбления. Вот если бы это были намёки на действия, как, например, сделал союз Кояма в своё время, я бы её понял. А сейчас реально была всего лишь перепалка. В которой я, кстати, победил.

– Ну, вражды, конечно, не надо, – сдала назад Норико. – Но как-нибудь пожёстче их одёрнуть можно было.

– Куда уж жёстче? – усмехнулся я. – Бедолаги и так в спешке ретировались.

– Да… Но… Просто ты… – не могла она подобрать слова, а в итоге и вовсе сменила тему: – Кстати, ты заметил, что этот… Ливэй не одобрял слова отца?

– И что? – не понял я, к чему она ведёт. – Может, он умнее, а может, просто было время подумать. Высказаться-то ему никто не дал. Может, он ещё более резок в словах.

– Всё может быть, – пожала она плечами.

– Господин Аматэру, – окликнули меня сзади.

Обернувшись, увидел обсуждаемого китайца.

– Ливэй, – кивнул я ему с улыбкой. – Что-то случилось?

Подойдя поближе и пригладив стоящие торчком волосы, что на его шевелюру никак не повлияло, Ливэй низко поклонился.

– Прошу простить отца за недавний разговор, – произнёс он, после чего разогнулся и добавил: – И за то, что извиняюсь я. Отец был слишком резок, но статус и возраст… личный возраст, – уточнил он, – не позволяют ему извиняться на глазах стольких людей.

– А ещё, наверное, гордость, – хмыкнула Норико.

Посмотрев на неё с укором, Ливэй ответил:

– Цзошоу, что бы вы о нас ни подумали, умеют признавать свои ошибки, просто не всегда возможно сделать это вслух. Тут дело даже не в том, что подумают местные, а в том, как отреагируют дома.

Спокойный и разумный парень, а с виду – как будто ему только дай подраться и подебоширить.