Увечный бог. Том 2 полностью

– Прошу прощения. Это от неловкости.

– «Итак, к делу, – продолжил чтение Идист. – Бугг организовал собственный батальон, подобрал способного командующего и зафрахтовал флот, чтобы перевезти данные подкрепления вместе с таким количеством припасов, которое удалось распихать по трюмам. Затем я издал указ, провозглашающий независимость коренного населения Островов, и в летерийскую армию с намерением сопровождать Канцлерский флот вдруг хлынули теблоры. Между нами говоря, это, пожалуй, самый непоследовательный народ, который мне известен. В общем, пока Бугг все это организовывал, я, понятное дело, изрядно утомился и потому великодушно принимаю твое сочувствие. В итоге батальон подкрепления пополнился ауксилией из трех сотен теблоров. Кажется, за их воодушевлением стоит некое древнее пророчество.

И веря, что мое собственное пророчество о твоей любовной жизни исполнилось, я тоже испытываю огромное воодушевление, но, уверяю, в рамках приличия. Я не извращенец. Так что жду от тебя не рассказов о битвах и походах, а романтической истории! Думаю, ты в состоянии вообразить всю безысходность положения человека, который заключен во дворце и прикован к единственной женщине.

Всерьез собираясь ввести при дворе новый период воздержания, я внезапно осознал, что диктовать сие послание супруге было ошибкой. Посему, прежде чем позорным бегством покинуть комнату, я воспользуюсь моментом, чтобы передать теплый привет тебе и всем, кто вынужден сейчас слушать это неловкое излияние чувств.

С глубочайшей привязанностью, твой любящий брат, король Тегол».

– Принц Брис, мои соболезнования, – прошептала Абрастал.

Брис вздохнул и на удивление спокойным и ровным голосом обратился к Идисту:

– Командующий, когда прибудет батальон?

– Он уже в пути, сэр. Отстает от нас на два дня. Я приказал продолжать марш затемно и выдвигаться до рассвета. Если повезет, завтра к вечеру он будет на месте.

– Благодарю, командующий.

Брис направился обратно в летерийский лагерь. Идист со своими подчиненными держал почтительную дистанцию. Араникт взяла Бриса за руку.

– Все эти крики и смех означали благодарность, ты же понимаешь?

Он нахмурился.

– Брис…

– Он это нарочно. Считает меня чересчур серьезным… Но что поделать, если я веду солдат на войну. Мы проделали длинный путь, натерпелись лишений, а враг тем временем накопил сил, отдохнул и наверняка хорошо укрепился. Он навяжет нам место сражения, а что еще хуже – будет значительно превосходить нас числом.

– Он над этим и не смеялся, – возразила Араникт. – Наоборот, он показал, что очень беспокоится за тебя. А подкрепления дают нам шанс на победу.

– Знаю. И, конечно же, я весьма за это благодарен.

– И вообще, Идист тебя предупреждал.

Брис покачал головой.

– Дело не в письме, Араникт.

– А в чем?

– В том, что творилось в голове у Тегола, когда он надиктовывал жене эти строки. Он знал, что я захочу, чтобы мне прочли их вслух. Мой брат страшно коварен и совершенно бесстыден. Я всю жизнь наивно попадаюсь на его розыгрыши, так что меня это не смущает. Более того, я восхищаюсь его гениальностью. Каждый раз.

– Я не понимаю, Брис…

– Я не могу вспомнить – а я пытался! – чтобы Тегол хоть раз говорил, что любит меня. По одному этому ясно, насколько сильно он переживает. Я потрясен до глубины души.

– Брис…

– Тегол боится, что больше меня не увидит. При всей его неловкости и отсутствии такта он сумел попрощаться со мной, не используя слов прощания. Теперь, надеюсь, ты понимаешь, отчего я тоскую. Мне очень его не хватает.