Увечный бог. Том 2 полностью

Королева Абрастал, я доставлю вашу дочь под ваше крылышко. Очень постараюсь. Заберите ее, умоляю. Пока я не ухватила ее нежную шейку и не начала давить, чтобы мозг полез из всех отверстий в башке. А потом камеристке придется порубить меня на мелкие кусочки, а Скорген отмочит какую-нибудь глупость, и ему разрубят голову пополам – уж таким-то шрамом можно будет хвастаться?

Она могла разглядеть следы Худа, ведущие к Шпилю, и поймала себя на том, что не сводит с них глаз. Не дури, женщина. О некоторых судьбах лучше слушать за кружкой эля в таверне.

Удачной дороги, Худ. Если увидишь новое лицо, почему бы просто его не укусить?

Он прошел через Врата Смерти, и этот дождь – в короткие мгновения магии – ничем не мог навредить привидениям. Никакого возрождающего поцелуя, никакой завесы, скрывающей то, что я вижу сейчас.

Ток сидел верхом на мертвом коне и с давно исчезнувшего холма – от него за века вспашки осталось лишь небольшое возвышение – в ужасе наблюдал, как гибнут его самые заветные грезы.

Так не должно было случиться. Мы чувствовали запах крови, да; мы знали, что она еще будет.

Но, Онос Т’лэнн… это были не твои войны. Не твои сражения.

Он видел старого друга – среди меньше чем тысячи оставшихся имассов. Четырнадцать яггутов были отделены от сородичей и сражались в изоляции; но вперед вышли лучники, и яггуты уже были утыканы стрелами, хотя и продолжали биться.

Охотники К’елль отступали, их оттеснили от имассов; Ток видел тоблакаев – их осталось едва пять десятков, – прижатых к самому краю обрыва. На дальнем фланге были баргасты, но совсем мало, и они шатались, полумертвые от усталости.

Ток осознал, что держит в руке скимитар. Но моя сила ушла. Я отдал ее всю. Что держит меня здесь, если не какое-то проклятие… я должен увидеть собственное поражение? Онос Т’лэнн, друг. Брат. Я не буду ждать тебя у Врат… мне слишком стыдно. Ток подобрал поводья. Я не буду смотреть, как ты умираешь. Прости. Я трус… но не буду смотреть, как ты умираешь. Пора уезжать. Он развернул коня.

И остановился.

На высоком гребне перед собой он увидел армию верхом на мертвых боевых конях.

«Мостожоги».

Увидев в центре Скворца, Ток пустил коня кентером, и тот помчался по склону, взрыхляя копытами землю.

– Вы будете просто смотреть? – крикнул Ток, когда конь добрался до гребня, и натянул поводья прямо перед Скворцом.

Пустые глаза старого солдата, казалось, уставились на сражение, как будто он не слышал слов Тока.

– Пожалуйста! – взмолился Ток; гнев и разочарование разрывали его. – Я знаю: я не «Мостожог»… знаю! Но прошу, как малазанец! Скворец, не дай ему погибнуть!

Безжизненное лицо повернулось к Току. Пустые глаза уставились на него.

Ток чувствовал, как слабеет. Он снова открыл рот, чтобы снова умолять – чем угодно…

Скворец заговорил несколько удивленным тоном:

– Ток Младший. Ты в самом деле мог подумать, что мы откажемся?

Он поднял руку в перчатке, и к нему подъехали два солдата его взвода: Молоток – слева, Тротц – справа.

Когда он махнул рукой вперед, армия «Мостожогов» двинулась лавиной по склону – мимо Тока, который, развернув коня, послал его следом.

В последний раз «Мостожоги» шли на битву.

Громовой удар от смерти бога повалил коня, и Торант вылетел из седла. Лежа на земле, он слышал топот копыт коня, который, поднявшись на ноги, поскакал на север, прочь от водоворота.

А затем хлынул дождь, и со стороны ледового шельфа за мысом раздались оглушительные взрывы: ломались ледовые поля. Мокрый снег, срывавшийся со скалы, закручивался алыми вихрями… и земля под ногами сдвигалась, наклоняясь в сторону моря.

Полное безумие! Мир не таков. Торант с трудом поднялся на ноги и посмотрел на испуганных, сбившихся в кучу детей. Он двинулся к ним.

– Слушайте меня! Бегите вниз, слышите? Вниз и подальше отсюда!

Холодная кровь лилась с неба. Ветер донес до него смех Олар Этил. Оглянувшись, он увидел, что она смотрит на Шпиль.

Абси внезапно заныл.

Стори крикнула:

– Не бросай нас, Торант! Ты обещал!

– Я догоню!

– Торант!

– Бегите!