Увечный бог полностью

  И наконец понял. "Д'айверс".

  Что-то подобное белой пене текло у основания тучи саранчи, поднимаясь дергаными волнами."Боги подлые. Бабочки". - Вы все - Д'айверс. Вы одно, одна тварь - мухи, саранча, бабочки. Вы живете в пустыне. - Он вспомнил кости у границы. - Вы сделали пустыню.

  Бабочки добрались до него, хлеща по лицу - так много, что он не видел почвы под ногами. Бешеное трепетание крылышек высушило пот, он начал мерзнуть. - Д'айверс! Давай поговорим! Обратись! Стань передо мной!

  Саранча зачернила половину неба, поглотив солнце. Закружилась над головой, начала спускаться спиралью.

  Маппо встал на колени, закрыл лицо руками, пригнулся.

  Они ударили по спине словно потоп дротиков.

  Прибывали все новые. Он стонал под тяжестью. Трещали кости. Он сражался за каждый вздох, стискивал зубы от боли.

  Саранча снова и снова впивалась жвалами, обезумев от близости живой плоти.

  Но он был Треллем, с кожей не тоньше выделанной бизоньей шкуры.

  Саранча не могла пить кровь. Но вес увеличивался, угрожая его раздавить. В прорехи между пальцами он видел чернильную темноту, вздохи поднимали прах с почвы. Он держался, оглушенный разочарованным клацанием зазубренных жвал, погребенный в мятущейся тьме.

  Ощущая разум Д'айверса. Ярость направлена не на него одного. "Кто тебя так уязвил? Кто свел тебя с ума в пустыне? Почему ты бежишь?"

  Это было древнее существо. Оно не перетекало долгое время - тысячи лет, а возможно, и дольше. Опустилось до примитивных инстинктов насекомых. "Осколки опалы алмазы каменья листья-кровопийцы..." - слова проникали в него ниоткуда, как и пение девушки. Отдавались эхом в разуме. "Осколки опалы алмазы каменья листья-кровопийцы - пошли прочь!"

  С оглушительным ревом навалившиеся на Маппо твари взорвались, разлетаясь куда попало.

  Он сел, помотал головой. - Осколки опалы алмазы каменья листья-кровопийцы, идите прочь. Идите!

  "Песнь изгнания".

  Облако двинулось вперед, изогнулось и пролетело мимо. Еще одна кипящая волна бабочек - и все пропали.

  Ошеломленный Маппо озирался. Он один. "Дитя, ты там? Какая сила в твоей песне - ты Форкрул Ассейла? Да кто угодно. Маппо тебя благодарит".

  Он был покрыт синяками. Кости ломило. Но он был еще жив.

  "Дитя, осторожнее. Этот Д'айверс был богом. Кто-то разорвал его в клочья, на такое количество частей, что он не мог исцелиться. Все его чувства - голод, и не тебя и меня он хочет. Наверное, саму жизнь. Дитя, в твоей песне сила, будь осторожнее. Изгоняя, ты можешь и призывать".

  Он снова услышал ее голос, уплывающий прочь. "Словно мухи. Словно песня мух".

  Маппо с кряхтением встал. Поднял мешок, ослабил завязку, вынул мех с водой. Сделал глубокий глоток, вздохнул, выпил еще и убрал мех в мешок. Встал лицом к востоку. И пошел.

  К краю мира.

  - Отличный меч.

  - Увы, им должен пользоваться я. Но я отдам тебе один из летерийских мечей.

  Риад Элайс прислонился спиной к каменной стене пещеры. - И как они брали драконов этим лезвием?

  Сильхас Руин продолжал изучать оружие. Отсветы костра плясали вдоль лезвия. - В нем что-то неправильное. Дом Хастов выгорел дотла, как и все иное, кроме Харкенаса. Город не сгорел. Не полностью. Но Хасты, да, их кузницы были завидным призом. А что ты не можешь удержать, ты должен уничтожить.

  Риад глянул на жемчужное небо за устьем пещеры. Новая заря. Он был один. Очнулся и понял, что Тисте Анди вернулся в ночи, прилетел словно снег. - Не понимаю, о чем ты.

  Белое лицо, омытое светом, приобрело почти человеческий вид. Только красные глаза раздражали, как и всегда. - Думал, что знаю все клинки, выкованные Хастами. Даже в тайне.

  - Этот не похож на тайный, Сильхас. Похож на оружие героя. Знаменитое. С именем.

  - Как скажешь, - согласился Руин. - Я не так стар, чтобы забыть старое предостережение. Не верь теням. Нет, отдавший мне меч затеял игру.

  - Кто его тебе дал? В обмен на что?

  - Хотелось бы знать.

  Риад улыбнулся. - Никогда не заключай сделки, зная лишь одну часть. Так сказал Онрек. Или Ульшан Праль?

  Сильхас метнул на него взгляд.

  Риад пожал плечами, встал на ноги. - Продолжим путь?

  Вложив меч в ножны, Сильхас тоже выпрямился. - Думаю, мы зашли достаточно далеко.

  - Эй, как это?