– Когда папа вошел, я… я подкрался к двери. Взглянуть. Там было несколько звонков, но он нажимал самый верхний. Напротив висела табличка «Дженис».
– Отец знает, что ты его видел?
У Кевина в ужасе вытянулось лицо. Он покачал головой.
– Он навещал ее снова? – спросил Броуди.
– Не знаю… Думаю, что да. Каждые пару недель он говорил, что ему надо уладить кое-какие дела… Наверно, ходил к ней.
– Дела… – пробормотал Фрейзер.
Броуди не обратил на него внимания.
– А она приезжала к нему сюда? На остров?
Кевин быстро покачал головой. Мне вспомнилось, как Кинросс заткнул рот Камерону на собрании в баре. В тот момент я подумал, что его просто раздражает назойливая манера Камерона, а теперь умелое прерывание разговора показалось в другом свете.
Бывший детектив зажал пальцами переносицу.
– Как много ты рассказал Мэгги?
– Только имя. Не хотел, чтобы она знала про отца… Я просто подумал… она ведь журналистка, сможет написать статью о той женщине. Думал, сделаю ей одолжение. Я не знал, что все так закончится!
Броуди похлопал юнца по плечу, когда тот снова заплакал.
– Конечно, ты не знал, сынок.
– Можно, я пойду? – спросил Кевин, вытирая слезы.
– Еще парочка вопросов. Есть какие-нибудь догадки по поводу того, откуда у Мэри появилось пальто Мэгги?
Кевин опустил голову, чтобы не смотреть нам в глаза.
– Нет.
Опровержение вылетело слишком резко.
– Мэри – симпатичная девушка, правда, Кевин?
– Не знаю. Да, наверно.
Броуди выдержал паузу, дождавшись, пока подросток не начал ерзать на стуле.
– Вы давно встречаетесь?
– Ничего подобного!
Детектив молча посмотрел на него. Кевин отвел взгляд.
– Мы только… видимся. Ничего плохого не делаем! Честное слово. Мы не… ну, вы понимаете…
– Так где вы видитесь? – вздохнул Броуди.
Подросток сильно смутился.
– Иногда на пароме. На развалинах церкви, когда темно. Или…
– Продолжай, Кевин.
– Бывало в горах… В старом коттедже.
– Там, где нашли труп? – удивился Броуди.
– Да, но мне об этом ничего не известно. Правда. Мы там давно уже не бывали! С лета!
– Кто-нибудь еще туда ходит?
– Нет, насколько я знаю… Поэтому мы им пользовались. Уединенное место.
«Больше нет», – подумал я, вспомнив пустые консервные банки и следы от костров. Они не имели никакого отношения к убитой проститутке, просто остались после тайных свиданий умственно отсталой девочки и прыщавого парня.
На лице Фрейзера отражалось откровенное презрение, но у него по крайней мере хватило ума промолчать. Мысли Броуди было сложно прочесть. Он сохранял профессиональное спокойствие.
– Уходя из дома гулять, Мэри идет на встречу с тобой?
Кевин уставился на свои руки.
– Иногда.
– И она находилась у тебя дома, когда мы зашли к отцу?
Я ничего такого не заподозрил, видя, как настороженно Кевин выглядывал через щель. Теперь он опустил голову, и молчание говорило само за себя.
– А сегодня вечером? Вы встречались?
– Нет! Я… я не знаю, где она бродила. Я вернулся домой после разговора с Мэгги! Честно!
Он был на грани истерики. Броуди обвел юнца оценивающим взглядом, затем кивнул:
– Можешь идти.
– Секундочку, – возразил Фрейзер, но детектив прервал его:
– Все в порядке. Кевин не станет никому рассказывать о нашей беседе. Правда, Кевин?
Парень покачал головой с серьезным видом:
– Не скажу. Обещаю. – Он поспешил к двери, но тут остановился. – Мой отец не стал бы причинять зло Мэгги. И никакой другой женщине. Я не хочу, чтобы у него были неприятности.
Броуди ничего не ответил. С порывом дождя и ветра Кевин вышел.
Детектив подошел к столу и выдвинул стул. У него был измотанный вид.
– Боже, что за вечер!..
– Думаете, можно доверять этому юнцу? – с сомнением спросил Фрейзер.
Броуди провел по лицу рукой.
– Вряд ли он побежит домой и признается во всем отцу.
Сержант вроде согласился, но тут обомлел от ужаса.
– Боже, а как же девочка? Кинросс знает, что она свидетельница! Теперь понятно, почему он захотел присутствовать при допросе!
У меня холодок пробежал по коже. Броуди ничуть не встревожился.
– Мэри вне опасности. Даже если убийца Кинросс – а мы не уверены в этом, – он должен быть доволен, что девочка ничего толком не видела. Она не представляет угрозы.
Фрейзер вздохнул с облегчением.
– И что теперь? Арестуем его? Как же приятно будет надеть наручники на этого ублюдка!
– Пока нет, – возразил Броуди. – Все, что мы против него имеем, так это факт знакомства с Дженис Дональдсон. Еще не основание для ареста. Мы всего лишь раскроем наши карты и дадим ему время придумать историю до приезда команды Уоллеса.
– О, бросьте! – воскликнул Фрейзер. – Вы же слышали, что сказал его собственный сын! Этот урод, вероятно, убил и Дункана! Не можем же мы просто сидеть на своих задницах!
– Мы и не собираемся бездействовать! – выпалил в ответ Броуди, неожиданно разгорячившись. – Послушай, мне приходилось вести расследования убийств. Если встрять раньше времени, убийца может соскочить с крючка. Ты этого хочешь?
– Но что-то же надо делать, – настаивал сержант.
– Надо. – Броуди задумчиво посмотрел на тело под брезентом. – Дэвид, ты считаешь, тело Мэгги сбросили с утеса?
– Уверен, – подтвердил я. – Как иначе она могла получить столько переломов?
