– Мне душно здесь. Меня все заставляют что-то делать, а я… Я… – задыхаясь в своих чувствах, пытался объяснить я единственному, кто, возможно, поймет, – я знаю, что я выжил бы один. Без уроков. Без Деда. Без общества. Без обязанностей. Я сильный… Я чувствую, что я сильный, что я могу больше, чем многие из нас. Я умею фантазировать. Я знаю, что такое ушная сера, юбка, кофе, синонимы и еще много чего, о чем другие не имеют понятия.
Отто внимательно слушал, а потом, рассмеявшись, ударил по столу кулаком, как будто моя шутка была такой смешной, что он не мог не дать выход эмоциям.
– Вот, уморил! – выдохнул он. – Али, ты же знаешь, что это генетическая память. Ты чувствуешь это. – Отто не спрашивал, он констатировал факт. – Твой предок, вероятно, жил где-то, где нахватался знаний. Но твой предок – не ты. И поэтому ты возомнил себя великим?
Отто снова рассмеялся.
– Я допускаю, что ты удачливее, чем многие, – ты умеешь держать купол и, для новичка, делаешь ты это неплохо. Я, как представитель того же вида, что и ты, знаю, что у тебя еще много механизмов защиты, которые проявятся во время опасности, и ты, вероятно, смышленее и сложнее в чувствах, чем остальные. Но это не делает тебя лучше. Это делает тебя полезнее.
Отто остановился, точно думая, стоит ли еще говорить со мной, или же нет, и так многое рассказал.
Видимо, он решил, что стоит. Он подвинул ко мне лакомство и продолжил. Видимо, он рассчитывал, что запах, исходящий от еды, заставит мои мысли помутнеть и притупит мое любопытство, но не тут-то было. Я не был голоден, я был заинтересован!
– Вероятно, твой пра-пра-пра-пра-предок жил вверху. И, кажется, он наслушался много диковинных слов и запомнил их, рассчитывая, что его потомки будут жить там же. Твое воображение могло развиться от другого предка, который обладал отличным зрением и видел больше, чем мы видим обычно.
Звучало разумно. Я догадывался об этом, но не был уверен, поэтому я…
– Ты был там? Вверху? – спросил еще.
Отто кивнул.
– Оттуда я и спустился, – произнес он, – дорога была не лучшей, но я не жалею, что выбрал ее. Мои предки были в других местах, даже снаружи, но ни им, ни мне там не понравилось. У меня есть их впечатления. У них было мало защиты, а мир был более враждебный. Война только начиналась и, как говорит Дед, она была еще суровее и уничтожительнее, чем сейчас. Нынче она нас закалила.
Про Деда я слушать не хотел. Вот уж увольте – если бы не он, я бы знал, вероятно, даже больше, чем Отто. Если бы мой Фердинанд, или другие предки не жили с Дедом, а путешествовали бы, как Отто, моя генетическая память знала бы больше информации.
– Ты был один? Где твой сестра? Или брат?
– О, – вновь улыбнулся Отто, – ты их еще и различаешь?
Я кивнул. Я чувствую, кто это: мужчина или женщина. Хотя никаких оснований разделять их у меня нет.
– Тогда брат. Он остался там, в другом месте. – Отто качнул головой вверх, точно спустился он не откуда-нибудь, а прямо с неба, – не захотел идти. И я его не заставлял, я даже не знал, выживу ли. Я просто хотел сменить бессмысленность существования и бесконечные Войны на то место, где твое выживание будет не просто инстинктом, а будет иметь смысл. Как бонус я получил прекрасно организованное общество, полное уважения, где всем всего хватает и все хорошо. А ты, я думаю, знаешь, какие мы на самом деле, если нас не воспитывать, – злые, подлые и обжористые.
О да-а, я знал. Более того, я сам был таким . В точности как описал Отто. И сдерживался, как сказал в разговоре с кофе, чтобы меня не вышвырнули с позором. Позориться я не любил. Получался оксюморон: я хотел уйти, но по своей воле, а не с пинка Деда. Еще и гордые, получается.
– А меня таким ты не считаешь? – спросил я, имея в виду мои выходки для привлечения его внимания. – Почему ты не нажаловался? Ведь ты же видел, что это я стащил пакеты.
– Еще чего, – хмыкнул Отто, – на детей я еще не жаловался.
Меня немного задело его снисхождение и я, дабы успокоится, решил немного перекусить. Откусил кусочек лакомства и удостоверился в том, что мы и в самом деле мы обжористые. Но – как же вкусно!
– Ты все еще считаешь меня ребенком? – уточнил я, когда доел и вытер лицо ладонью, надеясь, что остатки темно-бордового лакомства не портят мой вид.
Отто на секунду задумался, оценивающе глядя на меня. Он один раз прошелся по мне глазами, затем второй, а затем -решил сменить тему.
– Чем ты хотел бы заниматься? – спросил он. – Я так понимаю, быть защитником тебе не очень нравится, в таком случае, если бы тебе дали выбор, кем бы ты стал? – спросил он.
Я не задумываясь ни секунды, выпалил:
– Я бы ушел отсюда. Сбежал. Жил бы самостоятельно, путешествовал бы, осваивал новые земли, как ты, и я бы никогда сюда не вернулся, – заявил я.
