Отто недоверчиво поднял бровь, точно не веря моим словам. Но в его глазах было что-то, что я бы описал как «понимание» меня. Возможно, у него появилось понимание моего характера и моего стремления. Возможно, он посчитал, что это зов генетической памяти или мой характер, что, вероятно, одно и тоже. Возможно, без брата он был так же одинок, как и я. Мне хотелось верить, что он понял, что я пренебрегаю тем, что ему нравится, не из вредности, а из-за того на что я повлиять не в силах.
И он услышал меня и сказал:
– Пожалуй, я знаю, что с этим можно сделать, – заключил он перед тем, как встать, задвинуть стул и, не прощаясь, развернуться к выходу.
Отсутствие прощания означало одно – мы скоро встретимся.
И я был доволен этим.
Отто увидел во мне потенциал и, возможно, интерес?
Я встал, отнес нетронутую еду на место и пустую банку на грязный стол и со спокойной душой вышел из кратера.
Дру сказала, что друзья делают тебя лучше. Я был с ней согласен.
Как только мы с Отто оказались достаточно далеко от города, я вдохнул глубже. Воздух перестал быть вязким и насыщенным. Ароматы прошлых атак, скученности соседей, ответственности и работы остались позади.
Я до сих пор не верил, что у меня получилось.
После нашего прошлого разговора с Отто прошло относительно мало времени. Я успел еще раз потренироваться с Дру поднимать купол. Успел сходить на урок тетушки Розанны, и – в голове не укладывается – я помогал с реализацией разрушителя после того, как Силенсия и подобные ей его произвели достаточно, чтобы перемещатели, и я в том числе, переносили его ко рвам, расположенным вокруг домов неходячих. Дед сказал, что иметь запас разрушителя недалеко от их домов будет удобнее, чем таскать его после начала атаки. Не знаю, каким был Дед больше: умным или хитрым, но его идея была воспринята на ура.
Я был полон скепсиса. Какой прок в их защите? Разрушитель полагался только для недвижимых. Многие ходячие умели производить его сами, но не использовали этот навык, выбирая развитие других, более сложных способностей. К тому же, произведенный разрушитель использовался как излишняя страховка: те, вокруг домов которых его лили, и сами были способны его делать. Пусть в меньших количествах, чем одержимая помощью Силенсия, но достаточно, чтобы продержаться во время атаки. Для Деда и Отто это был не аргумент: они считали, что мы должны использовать все ресурсы по максимуму и мы не имеем право надеяться на случайность и полагаться на судьбу. Дру же сказала, что случайность и судьба – ее путеводные звезды. Не знаю, что это значило, но мне понравилось ее выражение, и я его запомнил.
С памятью у меня вообще проблем не было, и после моей работы я и ждал только случая, когда Отто поможет мне обрести свободу. Я помнил наш разговор. Прямым текстом он не произнес это обещание, но я прочитал между строк: он знает, чем мне помочь.
И Отто не заставил меня долго ждать. Сегодняшним утром он, предварительно отпросив меня у Розанны (когда наши уроки закончатся? Сил моих больше нет!), ждал меня у моего кратера: у моего дома без крыши. Я, немного удивившись сначала, очень скоро обрадовался, потому что он сказал:
– Предлагаю отправиться в путешествие!
Какой это сладостный звук был для моих ушей! Я даже не стал расспрашивать его о деталях, звонко крикнул:
– Давай!
И мы двинулись в путь.
Отто сначала больше молчал, о чем-то задумавшись. Возможно, он выбирал для нас направление. Я же – дышал и наслаждался. Наверное, мне не показалось, что чем дальше мы оказывались, тем чище становилось вокруг. Земля под ногами становилась постепенно белее, будто тонны снега заменяли жаркую, розовую поверхность.
Этот снег под ногами ощущался твердой подушкой. Мы шли достаточно долго.
Не выдержав, я спросил:
– Куда мы идем?
Отто пожал плечами.
– Разве не этого ты хотел: двигаться туда, куда ты сам хочешь? Так вот оно – выбирай, – произнес он.
Держу пари – Отто точно знал, куда ведет эта дорога – он даже головой не крутил вокруг, до того ему было обыденно и неинтересно смотреть эти места. Для меня же, который еще недавно вполне себе серьезно сомневался, есть ли что за пределами нашей общины, все было удивительно. Я впитывал в себя каждый шаг, присматривался и особенно не спешил.
Мне казалось, что с каждым шагом снега становится больше. Начиналась метель? Я не знал, но бушующий вокруг ветер подсказывал, что я прав.
Отто, в моей голове запахивая свой походный сюртук, произнес:
– Холодно.
Я усмехнулся. Лучше холод, чем разгоряченная поверхность грозящей Войны. Странно, что мы никого не встретили.
Отто сказал, что виной тому река – здесь ее воды выходят из привычных нам берегов и сметают все на своем пути. А еще он добавил, что знакомства нам сегодня предстоят впереди и, возможно, они мне не понравятся. Я бы не спешил с выводами.
Отто смотрел под ноги и выглядел сосредоточенно. Со стороны мы смотрелись диаметрально противоположно: я со своим плохо скрываемым восторгом, и Отто – взрослый, суровый и смотрящий под ноги.
