— Я поверить не могу, что ты сделал это! — я хватаю ее за запястья, притягивая ее вплотную к своему телу. Вода струится вокруг нас, толкая нас ближе друг к другу. Я могу чувствовать тепло ее тела сквозь промокшую одежду. Игривый стеб заканчивается. Кончается время смешков и улыбок. Возникает сексуальное напряжение между нами; оно всегда возникает, когда мы вот так близко. Голодный по прикосновениям к ее коже, я опускаю руки под воду, сжимая ее бедра, проводя большим пальцем по подолу ее рубашки. Она тихо стонет, ее глаза светятся, когда она обнимает меня за шею. Она прикусывает свою нижнюю губу, всасывая ее глубоко в рот. Наше дыхание учащается, играет прекрасная симфония желания, стирая все разногласия между нами.
Чувство дежавю охватывает меня, история повторяется, как будто судьба вознамерилась исправить несправедливость, возникшую между нами. Ее гладкие влажные губы приближаются к моим для поцелуя. Тепло ее дыхания на моем лице... И никакой борьбы между нами.
— Микки, — выдыхаю я.
— Какого черта здесь происходит? — гнусавый голос раздается от дома.
У меня вырывается стон, мысленно проклинаю ту сволочь, что прерывает нас в такой момент. Мы были так близки.
Маккензи обхватывает меня за шею, на лице выражение крайней степени ужаса. Я стискиваю зубы и поворачиваю голову, достаточно для того, чтобы увидеть Гэйджа, стоявшего в проеме задней двери в окружении остальных членов семьи. Отвращение и гнев полыхают на его лице. Его руки сжимаются в кулаки, когда он видит нас в нашем нынешнем положении.
Внезапно Маккензи вырывается из моих рук. Я закрываю глаза, впиваясь ногтями в кожу головы, благодарный за спасительную воду. Я уверен, что мои мокрые джинсы слишком явно указывают на кое-что в данный момент.
— Это не займет много времени, — острит Билл. Линдси тычет его локтем в бок, вызывая сдавленный хрип. Гленда усмехается рядом с Гэвином. Она держит свою руку в его, положив голову на его выдающийся бицепс. Его негабаритные зубы сверкают в бледном свете луны. Я чуть не смеюсь вслух, когда она подмигивает Маккензи и мне.
— Людоед! — верещит Юстис. Маленький мальчик бежит прямиком от дома на нас.
Вся семья, включая Маккензи, кричит ему, прося остановиться, но уже поздно. Его стройное тело входит в воду с экстремальной силой, посылая волну брызг, летящих над нашими головами. Потоки воды обрушиваются вниз. Я хохочу, как маленький ребенок, отплевываясь и ухмыляясь от уха до уха.
Убрав воду с лица, недоверчиво смотрю на Маккензи.
— Он сказал «людоед»? — спрашиваю я, посмеиваясь над гордым выражением веснушек на лице Юстиса.
— Все это сказано для меня, — отвечает Маккензи. Она захватывает затылок Юстиса и трет костяшками пальцев по макушке.
— Это пушечное ядро, глупый мальчик.
— Я сказал «людоед», — напутствует Юстис, уворачиваясь от нее.
— Юстис Вильям! — кричит Джеки. Она грудью проталкивается сквозь толпу. Волны отчаяния исходят от нее. — У меня нет с собой сухой одежды для тебя.
— Я сожалею, мама, — Юстис опускает голову от стыда.
Коди шагает за Джеки, кладя руку ей на плечо. Она глядит снизу вверх на своего мужа. Молчаливый разговор завязывается между ними и вдруг ее напряжение ослабевает. Вся злость Джеки исчезает с ее лица. Она снова глядит на нас и улыбается своему сыну.
— Да ладно, ничего, малыш. Я уверена, бабуля подберет что-нибудь для тебя по погоде.
— Конечно, что-нибудь найдем, — подтверждает Линдси.
Я гляжу на Линдси с кривой ухмылкой, что залегает меж бровей.
— И для меня что-нибудь сыщешь по погоде, бабуля?
Линдси со смешком отмахивается.
— Уверена, что-нибудь да сыщется, мистер Красавчик.
Я выпячиваю грудь.
— Я — мистер Красавчик. Не забывайте об этом!
— Нарциссист, — комментирует Гэйдж. Моя голова дергается в сторону раздраженного человека, который продолжает мутить воду.
— Эй, Дрю! — кричит Джеки, останавливая меня, уже почти выбравшегося из бассейна, по ходу дела придумывающего планы мести этой негабаритной горилле. Легким кивком головы Джеки указывает на Юстиса, который отчаянно пытается удержаться на плаву, изо всех сил загребая воду руками и отталкиваясь ногами. Я перевожу взгляд на Джеки, показывая, что понял ее. Не теряя времени, бросаюсь выполнять свою миссию. Я подплываю к нему, обхватываю поперек талии и ног, приподнимая его из воды. Юстис визжит и молотит руками и ногами по воде так, что я выпускаю его из рук. Когда он выныривает, он кричит:
— Еще! Хочу так еще!
Взрыв смеха раздается сверху. Я смотрю на наших зрителей. Гэвина, казалось, ситуация забавляет. Однако появившийся Джаред несет знак мира и примирения на своих плечах. Мягкая, чуть грустная улыбка скользит по его губам. Я не дурак. И знаю, что Джаред все еще «несет факел» для Маккензи, даже если и отказывается это признавать.
Юстис теребит мою рубашку.
— Еще, Дрю, еще!
