О, а в переселении к родителям есть свои плюсы. Сто лет не кушала домашней манной каши с вареньем. Вкуснятина. Такую умеет готовить только мама.
Короче говоря, к моменту отъезда на работу я даже приободрилась.
Если вы думаете, что Максим Скворцов как-то по-особенному отреагировал на моё появление, то заблуждаетесь. На его холеном лице не дрогнул ни единый мускул, когда я ворвалась в общий кабинет ровно в восемь часов утра и поприветствовала всех разом во главе с директором, который раздавал команды начальникам отделов.
– Доброе утро, Романова, – равнодушно произнес он. – Проспали?
Не признаваться же, что объелась манной каши и с трудом докатилась до автобусной остановки. Слишком откровенно, даже для человека, с которым я переспала.
Просто сосредоточенно кивнула и уселась на родной крутящийся стул.
– Сделайте мне кофе, – бросил через плечо Скворцов. – Ах да, совещание перенесено на сегодня. Подготовьтесь.
– К-как?
– Вы собираетесь отстаивать свои идеи перед руководством?
– Да нет…
– «Нет» – не собираетесь? Или «да» – собираетесь? – совсем уж глумился Максим, будто совсем недавно не ласкал меня пальцами и не шептал на ухо, какая я горячая.
Любопытно, а нам надо как-то объясниться друг перед другом или обсудить произошедшее?
От непрошеного напоминания жар прилил к щекам, и мне остро захотелось спрятаться под стол, где и остаться до конца рабочей недели. Но пришлось промямлить какую-то ерунду, заварить кофе и всё утро чувствовать себя полной дурой.
Как я буду разговаривать с руководителями служб? А с генеральным? Да моё умение общаться с людьми давно помирало в судорогах.
– Ты в порядке? – Люда сочувственно погладила меня по плечу.
– Ага… – монотонно кивнула я, обдумывая, как жесток Скворцов по отношению к собственному секретарю.
– Бедняга, – поддержала Ирочка Ливанова и подставила пачку с неизменными хлебцами. – Похрусти.
Но кусок в горло не лез, и до совещания я тупо сидела и втыкала в монитор с отсутствующим видом. А когда Максим поманил за собой, то долго-долго отодвигала стул, долго-долго плелась следом и долго-долго пыталась устроиться за столом для совещаний. Я предусмотрительно включила диктофон, чтобы не вспоминать, что конкретно нужно внести в протокол.
И затихла.
Руководители скандалили, брызгали слюной и называли друг друга идиотами. В такой дружеской рабочей обстановке прошел первый час. Я надеялась, что мне удастся избежать провала. Но в начале второго, когда тема коснулась этих треклятых штрих кодов, Скворцов взял слово.
– Арина Сергеевна предложила любопытное решение проблемы.
Все переглянулись. В глазах директоров застыл немой вопрос: а кто, собственно, такая эта Арина Сергеевна? Никому даже в голову не пришло, что секретарша, которую Максим Степанович таскает за собой как ручную собачонку, умеет ещё и думать.
– Не совсем решение… – промямлила я. – Скорее возможность улучшить… ну… эту… как его… проблему.
Как можно «улучшить проблему»?! Твою мать, что же я несу! Почему-то слова кончились, будто их было отмерено ограниченно количество, а я израсходовала всё на какую-то ерунду. Кроме междометий и местоимений, ничегошеньки не осталось.
И тут мне на колено легла тяжелая ладонь. Аккуратно легла, без какого-либо подтекста. Скорее успокаивающе, чем с целью раздразнить. Этот жест означал: всё в порядке, у тебя получится.
В голове прояснилось.
Рука Максима не двигалась, но этого и не требовалось. Благодаря нему я заговорила увереннее. Про штрихкодирование и о том, как можно приспособить заводские программы под то, чтобы коды считывались во время изготовления продукции. Несла какую-то пургу, в которую сама внезапно поверила.
Почему нет? Идея-то неплохая.
– Это поможет решить проблему идентификации и ускорит процесс обработки информации о складских остатках, – закончила я и, выдохшись, затаила дыхание.
Все помолчали.
– Недурственно, – через долгие несколько секунд ответил генеральный директор. – Максим Степанович, хорошее приобретение.
– А то ж! – ухмыльнулся мой босс, убрав ладонь с колена. – У нас не служба, а сплошные самородки.
– Сможете реализовать то, о чем говорила… – он запнулся на моем имени.
– Арина Сергеевна, – подсказал довольный Максим. – Разумеется. Я подготовлю техническое задание и отберу сотрудников, которые вплотную займутся этим проектом.
– Договорились. Представьте информацию для обсуждения в пятницу.
В этот момент я ощутила себя очень крутой, значимой персоной. Мою идею похвалил генеральный директор! Мамочки! Запишу это в личном дневнике как особую дату. Правда, для этого придется завести личный дневник, но это уже мелочи.
Обратно я бежала едва ли не вприпрыжку, что не укрылось от бдительного ока Скворцова.
– Особо не зазнавайся. Одна похвальба – это ещё не победа. К тому же я бы не считал слово «недурственно» комплиментом.
– Отстань, – парировала я и тут же прикусила язык. – Ой, извините. Блин, как нам общаться? На «ты»? На «вы»?
– Почему мы не можем общаться как раньше? – Скворцов пристально уставился на меня из-под нахмуренных бровей.
