Кинан послушал меня и тут же приказал Гвейру и еще четверым из своего отряда отправлять с Воронами, чтобы помочь привезти провизию. Он, как и я, сообразил, что мы сможем пробыть в пути дольше, чем кто-либо предполагал. Мысль очевидная, но неприятная. Мы проводили уезжавших и двинулись дальше.
Следы вскоре разошлись: две лошади шли бок о бок, близко друг к другу (я предположил, что это наши женщины), а по обеим сторонам четверо незнакомцев. Если их было больше, то по следам этого сказать было нельзя.
Цепь следов шла все время между холмами. Видимо, они никуда не торопились, но старались избегать возвышенностей, чтобы оставаться незамеченными.
Теперь я и без помощи Дастуна видел, что следы по меньшей мере вчерашней давности. А еще я понимал, что мы не найдем Гэвин и Танвен где-нибудь в вересковых зарослях, ожидающих, пока мы их спасем. Их похитили.
Я все еще не мог думать о последствиях. Просто отгонял от себя эту мысль, чтобы не думать о том, что ждет нас дальше.
Миновал полдень. Спустились сумерки. Короткий день Соллена угасал. Наверное, мы ехали довольно долго, потому что когда я в следующий раз взглянул вверх, то обнаружил, что тучи идут почти над головой, а с неба начал падать снег.
Я представил, как снег падает на Гэвин, застревает в ее волосах и ресницах. Я представил, как дрожат от холода ее посиневшие губы. Я представил, как она озирается на ходу, надеясь увидеть меня, спешащего ей на помощь.
У ручья мы остановились, чтобы отдохнуть и напоить лошадей. Снег пошел гуще. Я опустился на колени и попил ледяной воды, затем подошел к Кинану. Он, не отрываясь, смотрел на полосу черной воды.
— Следы продолжаются и на том берегу, — сказал он, не отводя глаз от ручья. — Они даже не стали останавливаться на водопой. Тогда и нам не следует останавливаться, — решительно произнес он. Конечно, судьба Танвен беспокоила его не меньше, чем меня — судьба Гэвин.
— Они сильно опережают нас, брат, — заметил я. — Мы не знаем, когда мы их настигнем. Надо поберечь силы. — Ему мои слова не понравились, но он понимал, что я прав. — Как такое могло случиться? — с болью спросил он.
— Это моя вина. Я не должен был отпускать их. Я даже не подумал, что это может быть опасно.
Кинан повернулся ко мне; его голубые глаза были почти черными.
— Твоей вины здесь нет, брат, — сказал он, хотя скрытый упрек я все же ощутил. — Что сделано, то сделано. А теперь надо их найти.
Лошади и люди напились, и мы двинулись дальше. Снег прекратился незадолго до захода солнца, и небо на западе немного прояснилось. Заходящее солнце вспыхнуло ярким красно-оранжевым светом и поспешно скрылось за горами. Слишком короткий зимний день закончился, но мы ехали дальше, пока не стало слишком темно, чтобы что-то видеть. Пришлось разбить лагерь в узкой долине, в тени широкого отрога прямо за нашими кострами.
Есть было нечего, так что ночь прошла на пустой желудок. Отряд с провизией догнал нас только к полудню следующего дня. Они ехали всю ночь, стараясь перехватить нас до захода солнца. Пришлось остановиться, чтобы поесть самим и покормить лошадей.
Следы вели на восток. Задолго до того, как я услышал далекий ропот моря, мне стало ясно, что следы закончатся на берегу. И в самом деле, еще до захода солнца мы стояли на продуваемых ветром дюнах и смотрели на пенные волны, а внутри у меня крепло ощущение, что Гэвин больше нет в Альбионе.
В наступивших сумерках мы разошлись по берегу и отыскали следы на песке. Мы даже нашли одну из лошадей, расседланную, бродившую по пляжу, волоча за собой повод. Лошадь принадлежала Танвен. Находка повергла Кинана в отчаяние.
— Почему лошадь только одна? — вопрошал он, сжимая в руке повод. — Что это должно означать?
— Откуда мне знать? — с раздражением ответил я. — Может, она сбежала.
— Какая-то бессмыслица! — возмущался Кинан. — Вообще все это не имеет смысла! Даже если она сбежала, ее бы поймали. И почему надо оставлять именно эту лошадь и забирать остальных? — Он требовательно посмотрел на меня, как будто я скрывал ответы на его вопросы.
— Брат, я не могу сказать, что здесь произошло. Знал бы, ответил…
Он не дослушал и погнал коня вдоль берега. Наверное, чтобы успокоиться. Я подумывал, не поехать ли за ним, но меня окликнул Дастун. Он обнаружил на песке следы, оставленные килями лодок. Их вытаскивали подальше от линии прибоя.
Двое людей Кинана поехали за своим господином, а я спешился и смотрел на восток через море в сторону Тир Афлана. Где-то за этими волнами ждала спасения моя жена. Лицо у меня горело от ярости и разочарования. Бран, молча стоявший рядом со мной, сказал:
— Я думаю, в Альбионе их нет.
— А я думаю, что найду их, где бы они не были! — заявил я. — Отправь двоих людей в кранног. Мне нужен Тегид, хочу, чтобы он был со мной. Если захочет ехать Ската, передай ей мой приказ: пусть защищает Динас Дур.
— Слушаю, господин. — Главный Ворон развернул лошадь и помчался по галечному берегу.
— Кинан! — закричал я. — Кинан, ты мне нужен! — Он прискакал довольно быстро. — Отправь людей за кораблями. Мы будем ждать здесь.
