УЗЕЛ ВЕЧНОСТИ полностью

Я посмотрел на вход — опять круглый, как колесо, но раз в пять выше человеческого роста; за ним было темно, как в яме. Как он что-то там разглядел?

— Войдем, — предложил я, все еще разглядывая дверной проем. В это время мы услышали крик: жалобный вопль потерявшегося и испуганного ребенка.

— Mo anam, — пробормотал Кинан, — там ребенок.

Некоторое время мы смотрели друг на друга, не зная, что делать.

— Мы же не можем бросить здесь бедняжку, — сказал Кинан. — Это неправильно.

Я бы с удовольствием ему возразил, да только это и в самом деле было неправильно. В результате мы решили быстренько обследовать помещение, а потом уж двигаться дальше.

— Это действительно надо сделать быстро, — предупредил Тегид. — Скоро стемнеет. Мы не можем задерживаться.

Оставив Скату и остальных охранять лошадей, Бран, Эмир, Гаранау, Тегид, Кинан и я приготовили факелы и пошли к красному дворцу. Там было темно и пусто. Но самое главное — тихо. На пороге мы остановились, зажгли факелы и вошли в огромный пустой зал.

Внутри помещение оказалось во много раз больше, чем представлялось снаружи. Причину обнаружил Тегид.

— Это одно помещение, — отметил он.

Сотни окон, располагавшихся в стенах, предполагали множество комнат, а на самом деле освещали единственный гигантский зал. Но света все равно недоставало. Его хватало лишь на то, чтобы понять: мы стоим на площадке лестницы, ведущей куда-то вниз. Мы не видели ни пола внизу, ни крыши наверху, и свет наших факелов почему-то почти не разгонял темноту.

Воздух в зале был сырым и холодным — холоднее, чем снаружи. Мы стояли и слушали, наше дыхание облачками висело вокруг нас. Ничего не услышав, мы начали спускаться по ступенькам плечом к плечу с высоко поднятыми факелами. Каждый шаг вызывал эхо, порхавшее во тьме, словно летучая мышь.

— Унылый дом, — пробормотал Бран, и его голос зазвенел в огромной пустоте.

— Даже если развести большой огонь в очаге, будет холодно, — добавил Эмир.

— Но огонь бы не помешал, — сказал Гаранау. — А то темно совсем.

Спустившись на шесть ступеней, мы вышли на широкую лестничную площадку, еще через шесть степеней нас ждала еще одна, а дальше — пол, покрытый черной глазурованной шестигранной плиткой. Плитка поблескивала от влаги, идти по ней было скользко, но мы шли к середине зала, где должно было находиться место для очага.

— Зря ты надеялся, Гаранау, — заметил Тегид. — Здесь нет очага.

Действительно, мы не увидели ни очага, ни жаровни, как в башне. Здесь вообще не было никакой обстановки. Там, где положено быть очагу, в полу была выложена мозаика из маленьких красных, белых и черных плиток, изображающая того же крылатого змея, которого мы видели в башне. Только здесь изображение не было стилизованным, напротив, оно казалось очень реалистичным: извилистые красные кольца мерцали в свете факелов, ярко сверкали красные глаза, за плоской головой виднелись широкие крылья рептилии. А под изображением было что-то написано. Я подумал, что это имя существа. Пока я рассматривал змея, моя серебряная рука послала отчетливое предупреждение.

Теперь, когда глаза привыкли к темноте, я понял, что помещение имеет овальную форму, крышу поддерживают ряды сужающихся колонн, вершин наверху не разглядеть. Прямо напротив входа располагалась вторая круглая дверь, почти такого же размера, как первая. Мы осторожно приблизились к этому дверному проему, он вел в глубокую пещеру, искусно отделанную снаружи прекрасным камнем, но внутри оказался простой неровный каменный туннель. Мне пришло в голову, что весь дворец был всего лишь фасадом для этого единственного входа в пещеру.

— Что ж, — сказал Кинан, с сомнением глядя на туннель, — мы так далеко зашли... Не возвращаться же теперь. Надо посмотреть, что там еще найдется.

— Хочешь посмотреть, что там еще? — заговорил Тегид.

— Ну да. Просвети нас, бард, — сказал Кинан. — Мне воображения не хватает.

— Хорошо, я тебя просвещу. Там живет зверь, чье изображение то и дело попадается нам с тех пор, как мы пришли в Грязную Землю.

— Это который там на полу сидит? — уточнил Кинан, указывая на зал позади нас.

— Тот самый, — кивнул Тегид. — Я думаю, дыра ведет в его логово. А имя ему –Yr Gyrem Rua.

— Красный Змей? — пробормотал Кинан, а воины настороженно переглянулись. — Он тебе знаком?

— Если я не ошибаюсь, — ответил бард, — существо внутри — это то, что Ученое Братство называет Красным Змеем Оэта. — Он наморщил лоб. — А некоторые называют его Вирмом.

— Вирм, значит… — пробормотал Бран, оглядываясь через плечо.

Волна страха окатила меня; теперь я понял, почему дворец состоял всего из одной комнаты и почему бронзовые люди высокой башни почитали образ змея: это был их бог; они приносили ему жертвы. А мы сейчас находились в святилище Yr Gyrem Rua.

— Слушайте, лучше бы нам отсюда уйти, пока можем, — проговорил Бран.

Все молча согласились с ним и уже развернулись к выходу, когда до нас снова донесся крик — тонкий, дрожащий всхлип несчастного младенца.