За 100, 1000 лет до нас жили люди, которые любили так же, как и мы. Надеюсь, что через 100, 1000 лет люди будут всё также любить друг друга.
Посвящается моему отцу, Монгустову (Мангустову) Александру Ивановичу, который рассказал мне эту историю в далёком детстве.
Произошла эта история в зауральской деревне Налимово, что в Курганской области, в самом начале 20го века.
Деревенька эта дворов на пятьдесят протянула свою единственную улочку вокруг озера, которое и дало название самой деревне. К тому времени, о котором пойдёт рассказ, налимы в озере не водились, есть большие сомнения в том, что и вообще когда-то водились. В озере плавали несметные полчища жирных пиявок, просто мечта Дуремара!, да по вечерам перед дождём усердно квакали лягушки.
Тем не менее, деревушка была красива. В центре почти идеально круглой формы озеро, кое-где с камышами по краям. Дальше геометрические прямоугольники огородов, очерченные заборами из тальника, по-деревенски такие заборы назывались тыном. Улица в нескольких местах прерывается оврагами или овражками, по которым весной текут в озеро талые воды. На берегу озера, поближе к воде, стоят баньки, топившиеся по-чёрному. Неподалёку от них колодцы с журавлями и противовесами из деревянных тележных колёс.
Домики крыты в основном дёрном, или тёсом. Среди невысоких одноэтажных домишек, выделяются несколько двухэтажных, или вернее полуторных, первый этаж заглублен в землю. Огороды на противоположной стороне улицы заканчиваются берёзовыми колками, так что практически деревенька со всех сторон окружена лесами. Лишь с одной стороны леса немного отступают, открывая вид на прекрасные луга с пасущимися стадами. Идиллия!
Встречались на улице и другие домики, с покосившимися заборами, растрёпанными соломенными крышами. При взгляде на них становится понятно, что в этом домишке нет хозяина. В те времена деревня жила традиционно патриархально. Все жители деревни, включая детей с шести-семилетнего возраста, много и тяжело работали, просто даже и для того, чтобы просто выжить. Девочки нянчили младших, помогали матерям по хозяйству, доили коров, кормили скотину. Пацаны рядом с отцами косили сено, пасли скот, делали другую разнообразную крестьянскую работу.
Некоторым семьям везло, у них рождалось несколько сыновей, которые с самого детства приучались к труду. Объективно получалось так, что семьи, где много мужчин, были изначально в более благоприятных условиях, было кому работать в поле. И беда той семье, которая по какой-либо причине, осталась без кормильца.
Без мужчины некому было работать в поле, семья нищала, жила только женским трудом, огородом да рукоделием. Вот в такой семье и родилась наша героиня, назовём её Лизочка. Была она младшей дочерью в семье деревенского пастуха, отец умер, когда Лизочке было только пять. Старшая сестра вышла замуж в соседнюю деревню, и Лиза с матерью остались в разваливающемся домишке вдвоём.
Зимой мать с дочерью день и ночь пряли, вязали носки, рукавички, шали для своих более удачливых соседей. Летом горбатились на своем и соседских огородах за нехитрое вознаграждение. Но, несмотря на очевидную бедность, Лизочка к своим шестнадцати годам, расцвела и превратилась в настоящую красавицу. Голубые глаза с поволокой, светлая коса в руку толщиной, румянец во всю щёку да женственная фигурка, не оставляли равнодушным ни одного местного парня. И тем не менее её как бесприданницу, парни обходили стороной.
Летом после тяжёлого трудового дня молодёжь собиралась на вечёрки. Обычно возле какого-нибудь дома хозяева ставили деревянные качели, которые и становились центром притяжения молодёжи. Если качелей не было, для вечёрок очень хорошо подходили брёвна, привезённые для ремонта избы, либо на дрова. Парни и девушки приходили сюда на звуки гармошки, сидели на брёвнах, щелкали семечки, пересмеивались и переглядывались. Под гармошку танцевали вальсы «На сопках манчжурии», «Амурские волны», плясали комаринского, пели частушки и русские народные песни «Во поле берёза стояла», «Уж ты, заинька, уж ты серенький».
Под мелодии гармошки водили хороводы, играли в ручеёк. Ручеёк была одной из самых желанных игр, в игре можно было запросто взять за руку понравившегося парня или девушку, и заговорщицки пригнувшись, пройти вместе по живому тоннелю из мужских и женских тел. Можно было пожать приглянувшемуся парню руку, в ответ на его выбор. Другие вольности не позволялись. Выбор пары происходил у всех на глазах, горе было той девушке, которую видели гуляющей наедине с каким-либо парнем. Ей могли и ворота дёгтем вымазать, а замуж она после такого проступка могла выйти только за старика либо убогого какого.
