Она повернулась к Эрику и взглянула на него поверх крошечных очков. Маленький шрам в правом уголке рта изгибал нижнюю губу женщины, придавая лицу слегка скептическое выражение.
— В последний раз мы виделись месяц назад. Следовательно, поступить к вам он мог в любой день в течение месяца.
— Извините, что заставляю вас ждать. Я болела, а за это время поменяли компьютерную программу, с новой я пока не очень освоилась. — Она опять принялась жать на клавиши. — Нашла, на четвертом этаже. Человек, которого вы ищете, находится в палате Д-двенадцать на отделении Сэмюеля Тейлора.
— Что, в новом здании? С куполом? Которое недавно открылось? Видел репортаж по телевидению. Выглядит весьма внушительно.
— Полагаю, там все по последнему слову техники. Хотя пока у меня не было возможности побывать там.
Регистратор откинулась на спинку кресла и вся как-то обмякла, словно поиски Джаспера Джонетта чрезвычайно утомили ее.
— Можно пойти туда прямо сейчас? — поинтересовался Эрик.
— Только поторопитесь. Время посещения истекает в три, осталось сорок пять минут.
— Долго идти?
Женщина кивнула:
— Далековато. Поднимитесь на четвертый этаж и следуйте указателям "Отделение экзотологии". Когда доберетесь туда, то увидите указатели, на которых значится нужное вам отделение. Вам лучше спросить кого-нибудь, где находится Д-двенадцать, потому что я точно не знаю, как туда попасть.
— Понятно. А лифт?..
— Там. — Женщина махнула рукой на указатель прямо над головой Эрика и приветливо улыбнулась следующему посетителю.
Эрик быстро зашагал в указанном направлении. Три-четыре минуты он безуспешно пытался разыскать лифт, и даже рабочий, толкающий перед собой тележку, нагруженную медикаментами, не смог ему помочь.
— Отсюда вам никак не удастся подняться. Насколько мне известно, в этом отсеке больше нет лифта для посетителей. А служебным лифтом пользоваться запрещено. Лучше поднимитесь по лестнице.
Первый пролет дался легко, Эрик преодолел его бегом, но вскоре выдохся, потому что в этом отсеке больницы, построенном в Викторианскую эпоху, потолки были непомерно высоки. Добравшись до четвертого этажа, он изрядно запыхался, но вздохнул с облегчением, когда среди дюжины похожих указателей увидел нужный: ярко-голубая стрелка указывала путь к отделению экзотологии.
В указателях недостатка не было: на каждом углу непременно встречался новый, а поворачивать Эрику пришлось немало. Следуя за голубыми стрелками, он долго плутал по больничным коридорам и был весьма рад, когда наконец добрался до маленьких, неброских и малочисленных указателей с надписью "Сэмюель Тейлор". Редкие стрелки привели его в очень тихую и малолюдную часть больницы.
По пути к отделению экзотологии Эрик видел много больших палат, и во всех не было недостатка в пациентах, которые сидели, спали или стонали на кроватях, стоящих рядышком с максимальной экономией пространства. Большинство коек окружали смущенные посетители, в коридорах воздух благоухал ароматом цветов. Медсестер было немного, но все же они попадались тут и там, готовые ответить на вопросы, выслушать благодарности и жалобы посетителей, принести больному судно или вазу с водой для цветов.
Но как только Эрик прошел в отделение экзотологии, он словно попал в другой, более упорядоченный мир: палаты здесь оказались гораздо меньше, в каждой было не больше двух-трех кроватей, причем большинство из них пустовало. Очевидно, что в старом здании предприняли слабую попытку придать коридорам веселенький вид с помощью яркой краски и постеров, но в новой части больничного комплекса стены оказались лишены каких-либо украшений, кроме тонкого слоя матовой эмульсии мышино-серого цвета. У помещений был незаконченный вид.
Добравшись до надписи "Отделение Сэмюеля Тейлора" без стрелки-указателя, Эрик решил, что наконец-то попал туда, куда нужно, или недалек от этого. Он оказался в широком дугообразном коридоре со множеством дверей. Эрик помнил о совете регистраторши и оглянулся в поисках медперсонала, чтобы спросить о палате Д. Но никого не было ни видно, ни слышно, все словно под землю провалились. Чтобы удостовериться, что тут все-таки кто-то есть, Эрик подошел к стеклянной двери одной из палат. На ближней к входу кровати на боку лежал и смотрел на него пожилой, коротко остриженный мужчина с тусклыми глазами, одетый в нечто напоминающее огромный подгузник, хотя было отнюдь не жарко. Мужчина и виду не подал, что заметил разглядывающего его Эрика. Разноцветные трубки и капельницы тянулись от его тела к аппарату над кроватью. Поза мужчины казалась крайне неудобной: ноги сильно согнуты, а спина противоестественно прямая. Чтобы оставаться в таком положении, ему, скорее всего, приходилось прикладывать немалые усилия. На другой кровати кто-то спал, вытянувшись на животе.
Интересно, откроется ли дверь? Подалась. Эрик просунул голову в палату и спросил:
— Извините за беспокойство. Я ищу палату Д-двенадцать. Это где-то здесь?
