Я даже не верил в то, что это говорил. Мне казалось, что враг будет переть и переть, как это было в прошлые разы. Но нет… они сожрали себя сами. По сути, мы и половины дела не сделали, просто усилили противоборство между ними. У них нет единения, нет сплочённости. Те, кого заставляют, никогда не пойдут вперёд так же, как те, кто хочет это делать сам.
— Сатиры идут! — крикнул один из воинов, из-за чего наш строй оживился.
— Стойте! — присмотрелся я. — Они без оружия. Сдаются!
— А всё потому, что это победа! Да-а-а! — воскликнул Алкид, подняв меч над головой.
Строй подхватил эту радость, она пошла волной. Вот он, закономерный конец нашего противостояния. Да, работа ещё не завершена, множество раненых осталось позади, множество дел в городе нужно завершить… но в любом случае — мы победили. Интересно, про эту битву Оракул прошлого говорила и писала? Она должна была произойти? Не знаю. Но в любом случае… мы победили в полях при Олимпии. В город ни одна нога тварей не ступила.
Когда к нам приблизился клан сатиров, судя по одинаковым отметинам на их лбах, произошло ещё кое-что удивительное. Нам бросили к ногам троих. Люди. Либо те, кто ими притворялся. Жалко ли мне их было? Вообще нет. У одного не было руки по самый локоть, а культя затянута ремнём. У второго явно выбили глаз, а начальник стражи… на том вообще чистого места не было, сплошные ссадины и синяки.
— Хтор! — показал на них пальцем старый сатир, видно, старейшина. — Хасфу, ратри кторин, — проговорил он нечто непонятное, но потом дёрнул головой, задумался, после чего на ломаном нашем начал говорить. — Это… те… кто пришёл… и… решил… вести.
— Командиры? — уточнил я на всякий случай, на что сатир кивнул.
— Служители… оных… богов… — проговорил второй сатир, на котором были ещё отметины, а броня пестрила полосками, единственный, кто шёл с оружием, если так можно обозначить посох с золотой полосой. — Такие… в прошлом… нас… смутили.
— Всё равно хорошего отношения первое время к себе не ждите, — честно и откровенно произнес я. — Жизнь вам будет сохранена. Даю слово сына Хаоса Первозданного.
Видимо, эти слова подействовали на сатиров как-то благоговейно, они рухнули на колени и взирали на меня как на нечто… великое? Может быть. Но не это самое странное. Они буквально начали молиться на своем языке. А спартанцы рядом из-за этого стали на меня смотреть… как-то странно. Никто такого не ожидал, вот только весь момент испортил Александр.
— Вы… вы всё равно все сдохните! Ха-ха-ха-ха! — безумно засмеялся он, после чего его глотку пронзила моя глефа.
— Даже если это произойдёт, то ты этого не увидишь, — зло проговорил я, после чего кивнул братьям.
Один широко улыбнулся, снёс голову Советнику, имени которого я не знал, а второй со всей дури обрушил молот на голову второго. И вновь строй взревел, вновь кличи о победе. Но это был не конец… так как поток сдавшихся только увеличился. Кто-то бежал, их догонять было бессмысленно, но вот тех, кто сдался.
— Да их тысячи! — удивился Ификл.
— Точно не меньше, — улыбнулся я, смотря на это. — Мир меняется. И они поняли, раз нам помогают кентавры… то почему они не могут оказаться на нашей стороне?
— Кто у вас старший? — приблизился к нам белоснежный кентавр с голубыми глазами.
— Я, — сделал шаг вперёд. — Астер, Советник Спарты, сын Хаоса.
— Алкион, — кивнул он мне. — Старейшина клана. Ваша посланница говорила, что вы молоды. Не думал, что настолько. Но я рад, что у вас есть осознание происходящего. Но предлагаю переместиться в город. Там и поговорить. Ведь нам многое предстоит обсудить.
— Многое, — согласился я к ним, посмотрев на целый город. — Но сперва, — развернулся я к группе кентавров лицом, вытянулся в полный рост и ударил себя кулаком в грудь. — Спасибо!
И сотни воинов повторили мой жест, у ближайших только улыбка была на лице. Никаких предрассудков. Они — наши союзники сейчас. И все это понимали. Советники всё же смогли подготовить почву. Смогли принять эту информацию и люди.
Это двойная победа!
Несколько дней мы решали вопросы города, пока воины, по моему приказу и приказу Совета, занимались сбором всего, что было оставлено на поле боя. Всё снаряжение, которое имело полосы — шло в казну либо усиливало уже имеющиеся контингент. В первую очередь я лично отобрал снаряжение для своих бойцов. Не досталось мне, Нике и Кайлане, так как ничего подходящего, чтобы качественно заменило текущее снаряжение не нашлось. Вот у остальных были кардинальные замены. Кроме двух новичков, они вообще отказались по каким-то причинам. Какие-то личные клятвы, что будут носить только то снаряжение, которое вышло из-под руки человека.
