Каспар подошел ко мне, отвел руку в сторону и начал посасывать мою шею, не прокусывая кожу. Я обняла его, пытаясь крепче прижать к себе, все сильнее желая его прикосновения. Он повиновался, засунув одну руку мне под бюстгальтер, пока его клыки царапали мою кожу, и схватил меня за грудь. Его холодное прикосно- вение лишь обострило все мои ощущения. Я прижалась к нему, закинув голову, отдаваясь ему полностью…
Принц заглотнул наживку. Его клыки проткнули мою кожу. Бы-ло так больно, что я бы закричала, если бы не задыхалась от воз буждения, пока он разминал пальцами мои соски. Но он не сосал кровь, а впился в мою шею в другом месте, не переставая ласкать мои груди снова, снова… и снова, пока я совсем не обезумела от страсти. Он слизал капельки крови, которые вытекли из уже заживающих ранок, и с довольной улыбкой поставил меня прямо. — Там еще осталось, детка, — пробормотал он. Я потянулась к нему, пытаясь развязать галстук, но тщетно: от холода у меня дрожали руки. Он не помогал, вместо этого подхватил меня и почти бросил на кровать. Я с трудом приподнялась. Стояла тишина, нарушаемая лишь тиканьем часов и моим тяжелым дыханием.
Каспар ослабил галстук и сорвал его с себя. Затем медленно расстегнул рубашку и отшвырнул ее в сторону. Сев на кровать возле меня, он быстро расстегнул и снял с меня бюстгальтер. Я покраснела, но это едва ли имело значение. Принц улыбнулся, положив одну руку мне на грудь, а другой погладив меня по щеке. Я потянулась к нему и поцеловала, гладя его мускулистые руки, восхищаясь их силой, понимая, что это плохо, ведь этими самыми руками он ловил добычу, ломал шеи. Его эго наслаждалось моими прикосновениями. Он улыбался, положив руку мне на живот, который был намного площе, чем несколько месяцев назад, даже слишком плоским. Я позволила ему засунуть руку под резинку трусиков.
Внезапно он сел, раздвинул мне ноги и принялся изучать каждыи сантиметр моей кожи, словно в поисках дефектов. Я засмущалась от этого взгляда. Глаза Каспара снова стали красного цвета.
Пытаясь закрыть руками ужасные серебристые нити шрамов, я за ерзала, но он тут же схватил меня за руки, прижав их у меня над головой к кровати. Снова.
— Не надо. — Его взгляд обжег меня, будто он злился ил меня за
то, что я смущаюсь.
Смущение было ему незнакомо.
Однако мне оно было очень хорошо знакомо. Мое тело задеревенело, ноги были плотно сжаты. Мое дыхание было очень слабым, практически незаметным, когда Каспар начал водить ладонью по моему животу, все сильнее разжигая во мне пожар страсти.
— Расслабься, — пробормотал он.
Он не просил: он приказывал. Его тон почти заставил меня оттолкнуть его.
Расслабься? Разве он не понимает, как это сложно?
Каспар поцеловал меня снова. Его язык проникал глубоко в рот. Подозреваю, что так он пытался меня отвлечь.
Как он посмел. Я снова провела руками по его спине, обняв за шею и схватив за
волосы. Однако потом передумала и, взявшись за ремень его джинсов, расстегнула пряжку. Каспар замер и, яростно глядя на меня, отбросил мои руки. В моем взгляде была мольба, но он снова начал целовать мою шею и грудь.
Когда он лизнул один сосок, потом другой, я слабо застонала. Принц опустился ниже, целуя мои шрамы, постоянно двигаясь, не давая мне возможности подумать или замерзнуть. Когда он провел языком по моему животу, я чуть не захихикала.
Почувствовав его дыхание на бедрах, я задрожала. Он целовал мои бедра, ощущая, как напрягаются и расслабляются мои мышцы под его прикосновениями, затем раздвинул мои ноги. Мой стон перешел в крик, когда он впился зубами в мою кожу: боль разрывала мое бедро.
Я застонала, из глаз брызнули слезы. Теперь он вылизывал языком мою кровь, смешанную с моими выделениями. Внезапно он снова оказался на мне. Его красные глаза победно сияли, а губы влажно блестели. Он нагнулся и поцеловал меня. Я облизнулась, а Каспар усмехнулся.
— Из тебя получился бы хороший вампир. Ты явно любишь пробовать разные жидкости. Я виновато улыбнулась, но не могла ничего ответить. Слова, казалось теряли всякий смысл. Я снова потянулась руками к его джинсам и расстегнула молнию. Он сильнее прижался ко мне.
Это мой выбор…
Неожиданно я почувствовала, что давление исчезло, и сильно покраснела. Обнаженный Каспар возбуждал меня еще сильнее, чем одетый. Он улыбался, размахивая упаковкой с презервативами, на которой была налеплена какая-то бумажка.
— Это ты сделала, верно? — прорычал он, но в его голосе чувствовалось веселье.
Я протянула руку и, взяв упаковку, прочитала, что было написано на бумажке.
«Всегда предохраняйся, сосунок!»
Я вспомнила, как украла у него все презервативы и испортила их, когда только приехала в Варнли. Сейчас мне было сложно поверить, что я осмелилась на такое.
Каспар разорвал пакетик.
— Конечно, в данном случае сосунок у нас ты, верно?
— Тебе когда-нибудь говорили, что в постели ты ведешь себя как свинья?
Он ухмыльнулся и, нагнувшись, нежно поцеловал меня.
— Нельзя винить парня лишь за то, что он спросил. Пойманная врасплох неожиданной нежностью, я смешалась. Он снова влез на меня, пристально разглядывая мое лицо.
