Неприкасаемому нельзя было пользоваться общественными улицами, если по ним ходил индуист, чтобы не загрязнить индуиста своей тенью. От неприкасаемого требовали носить черную нитку либо на запястье, либо на шее, как знак, чтобы индуисты не загрязнились, прикоснувшись к нему по ошибке. В Пуне… от неприкасаемого требовали, чтобы он носил на поясе веник и подметал за собой пыль, чтобы индуист не загрязнился, пройдя по той же пыли. В Пуне от неприкасаемого требовали носить подвешенный к шее горшок, чтобы он плевал туда и чтобы его слюна не загрязнила индуиста, если тот случайно наступит на нее.
Но Амбедкар поставил себе задачу не просто запретить дискриминацию неприкасаемых. Он хотел упразднить всю кастовую систему, поскольку понимал всю пагубность ее последствий. Он критиковал ее с экономической точки зрения. Он не видел смысла (как и мы не видим его) в том, что кастам, варнам и джати предписывают различный род деятельности. Конечно, он осознавал, что такие предписания основаны на доминировании и служат мощным источником несвободы. Но, что еще важнее, он понимал, что кастовое общество нападает на себя самого и остается раздробленным и неорганизованным. Он писал, что
кастовая система – это не просто разделение труда. Она разделяет и самих работников. Несомненно, цивилизованному обществу требуется разделение труда. Но ни в каком цивилизованном обществе разделение труда не сопровождается разделением работников на водонепроницаемые отсеки. Кастовая система… это иерархия, в которой разделенные работники распределены по рангам, одни над другими… В одном из аспектов она делит людей на разные сообщества. В другом аспекте она размещает эти сообщества друг над другом в социальном статусе.
Повсюду в тексте он использует другую метафору, сравнивая кастовую систему с «многоэтажной башней без лестниц и входа. Каждому придется умереть на том этаже, на котором он родился». Созданное кастовой системой разделение труда иррационально, потому что оно «подразумевает попытку назначить обязанности отдельным лицам заранее – не на основе развитых способностей, а на социальном статусе родителей». Нельзя построить современную экономику на «догме предопределения», и любая такая попытка – это попытка построить «дворец на куче навоза».
Амбедкар ясно давал понять об ужасных последствиях кастовой системы для свободы и политики. Кастовая система не только в основе своей нелиберальна, но, как уточнял Амбедкар, касты создают в высшей степени раздробленное, неорганизованное и неспособное общество. «Касты… полностью дезорганизовали и деморализовали индуистов», – писал он, потому что «индуистское общество как таковое не существует. Это просто набор каст». Кроме случаев, когда они объединяются против общего врага, «каждая каста пытается отделиться и отгородиться от других… идеальный индуист должен жить, как крыса, в своей собственной норе, отказываясь – от любых контактов с другими… Следовательно, индуисты это не просто набор каст, а столько же враждующих групп, каждая из которых живет только для себя самой и ради своих эгоистичных идеалов». Подавляющая роль каст в определении идентичности человека и объясняет, почему «индуисты не могут сформировать общество». Это основополагающий принцип, потому что
индуист… несет ответственность только перед своей кастой. Его верность ограничена только верностью своей касте. Добродетель также определяется кастой, как и мораль… Благотворительность существует, но начинается с касты и заканчивается кастой. Сострадание существует, но только не для людей других каст.
