Понятие сухого обмена на первый взгляд кажется креативным и довольно безобидным. Но это было рискованным, поскольку предоставление денег под проценты считалось ростовщичеством – одним из многих видов экономической деятельности, считавшихся недостойными или даже запрещенными согласно нормам, обычаям и религиозным убеждениям средневековых европейцев. В Евангелии от Луки Иисус сказал: «и взаймы давайте, не ожидая ничего». Поэтому церковная доктрина рассматривала кредитование под проценты как грешное ростовщичество, и это было основным препятствием на пути развития эффективной финансовой системы. Естественно, что одни люди обладают капиталом и богатством, а другие нет. Но у этих других могут возникать идеи по поводу использования денег или возможности для инвестиций. Функционирующая финансовая система позволила бы людям с деньгами предоставлять кредит людям с идеями. Проценты поощряют проведение таких операций тем, что компенсируют заимодавцу риск неплатежей и возможные убытки от того, что они не воспользовались деньгами другим образом. Запрет на кредитование на том основании, что это грех, замедляет развитие финансовой системы. Частью коммунальной революции в Италии было использование инноваций вроде «сухого обмена» для предоставления займов и кредитов, но без риска быть обвиненным в грехе и ростовщичестве. Церковь все еще разделяла подобные взгляды, но такие инновации позволяли ослабить некоторые аспекты клетки норм и открыть дорогу значительному росту в области инвестиций и коммерции. По мере развития жизни в коридоре сдерживать социальные и экономические свободы становилось все труднее. Ослаблять клетку постепенно начала даже церковь. Святой Фома Аквинский, например, дозволял должнику выплачивать «компенсацию» кредитору при некоторых обстоятельствах, и это стало гибким оправданием для платежей с процентами. Ослабление клетки норм стало одним из значительных источников экономических преимуществ для итальянцев, которые стали играть роль финансовых посредников по всей Европе. Ключевую роль во всем этом сыграла институциональная среда итальянских коммун. В других местах такой род деятельности вовсе не приветствовали. В 1394 году, например, король Арагона угрожал привлечь к суду всех итальянских купцов на том основании, что они занимаются ростовщичеством.
Итальянцы возглавляли инновации и в других сферах. Они изобрели торговое страхование, при котором третья сторона принимает на себя риск сделки. Они также разработали много форм договоров, облегчавших торговлю. Одной из них была «комменда» – временное партнерство между двумя людьми; один предоставлял капитал для торговой деятельности, а другой занимался этой деятельностью. По окончании деятельности стороны прекращали действие договора. Также комменда была еще одним способом обойти законы против ростовщичества. Итальянцы же изобрели долгосрочные формы организации, ставшие прообразом акционерных компаний, позволявшие людям, не вовлеченным активно в коммерческую деятельность, вкладывать в нее свой капитал и получать вознаграждение в виде дивидендов. Важен также упор на юридическое оформление прав собственности и использование услуг нотариусов. В 1280-х годах в таких городах, как Милан и Болонья, на каждую тысячу жителей приходилось двадцать пять нотариусов.
Все это требовало ведения учета. Неудивительно, что именно итальянец из Пизы, Леонардо Фибоначчи, в 1202 году революционизировал систему записи арифметических операций с использованием арабских цифр. Это упростило и сделало более понятными финансовые расчеты. В середине XIV века в Италии впервые появилась система двойной записи бухгалтерского учета.
Коммерческая революция проходила одновременно с широким экономическим ростом и стимулировала инновации и за пределами финансового сектора. Хотя у нас нет достаточных данных для определения показателей национального дохода того исторического периода, мы можем это сделать косвенным образом, с помощью степени урбанизации – доли населения, проживающего в городах с численностью по меньшей мере 5000 человек. Урбанизация в Западной Европе к началу коммерческой революции удвоилась примерно с 3 процентов в 800 году до 6 процентов в 1300 году. Рост был гораздо быстрее в регионах, широко затронутых этой революцией. Для Италии в целом показатель за тот же период увеличился с 4 до 14 процентов. Но это с включением юга Италии, который не переживал расцвета коммерции и коммун. Урбанизация в Северной Италии, несомненно, была значительно выше; в Тоскане, например, она оценивается на уровне 25 процентов. Во Фландрии и в Нидерландах в целом урбанизация возросла с 2 до 12 процентов к 1300 году, а затем до значительных 23 процентов к 1400 году.
