Ночью тоже воспоминания, только в них не удается отличить действительно бывшее от фантастического. Думаю, это из‑за пристрастия к фантастическому, которое увлекает даже когда оно страшно. Ночь как бы дает не право увлекаться. Днем я подчиняю свои действия, слова и мысли единой стратегии, которая неким образом приемлема и для меня и для всех. В самом деле, моя стратегия в общем и целом согласна с позитивной, строительной стратегией государства. Получается так, что я и многие люди одинаково знаем, что такое хорошо, правильно, и действуем соответственно.
Когда во сне, или на кромке вдруг надвинувшегося сна, или наяву в плохой компании вдруг проступает наружу воля, не признающая ничего из этого упорядочивающего, благообразного и благообразящего кодекса, начинается кошмар. Пираты бродят по пространству социума и моего сознания, от слова πῦρ, от их зверского обращения с людьми. Абсолютно жестокая и абсолютно злая воля. Она страшна своей неостановимостью. Перед ней чувствуешь только цепенящий, обреченный ужас.
Перед лицом этого ужаса мои пути расходятся со стратегией общества. Оно ведет себя так, как если бы такой абсолютно злой воли могло не быть. На деле оно как бы постоянно растит для нее большие овечьи стада, тайно подпитывает зло. Меня поэтому интересует не столько положительное строительство, сколько реальность этого зла. Я конечно тоже отворачиваю от него глаза чтобы не зачароваться им, как некогда З., и внешне веду себя как вся общественная масса, но в душе думаю о тех, кто принимает его вызов. Оно своей свирепой жестокостью меня и леденит и подстегивает. Есть простаки, которые ни с того ни с сего выходят против многоглавого змия. Но не без волшебных средств. Где эти волшебные средства?
Говорят, что Бог всемогущ. Я ни по чему другому не могу видеть так хорошо это всемогущество, как по его силе и способности сдерживать сатану. Наверное Гоголь в свои последние дни вел от Бога войну с «сатаной таинственным». (Только после всех этих мыслей человек просыпается окончательно, до них он еще наполовину или совсем спит.).
Ночью зло не так страшно. Я тогда по существу несмотря на сон знаю что смогу проснуться. Поэтому я не прочь во сне подглядеть на зло.
19.12.1983
Интересно: поэзия зажигает, философия отрезвляет, но дело делается одно, очищения. А храмовое действо? Поют, задумываются, исповедуются, каются, молят, дают обеты; едят, пьют; крещаются, венчаются, отпеваются; трудятся, отдыхают душой. Да это вся жизнь, собранная в своей сути или в знаке. По крайней мере в православии так. Православие до сих пор еще никак не отважилось выпустить из‑под своего крыла ни одной жизненной или социальной функции, просит их развиваться под стенами храма.
21.12.1983
Занимаясь философией, многие ищут чудес, силы, тайн. Трудно вообразить худшее злоупотребление. В ней, как раз наоборот, трезвость, смирение, опрощение, снятие с себя всевозможных прикрепленных жестяных крыл.
21.12.1983
Душа не хочет добра вот этим людям, она хочет свободы, простора, увлечения, силы. Или вернее душа не верит что эти люди не спят, она хочет чтобы они проснулись и с ними можно было бы вести странные, длинные речи. — Похоже, что все именно так, и тем не менее
21.12.1983
A streak of madness in mankind. Of what particular kind m Russians? It certainly is there, hard to define, easy to see. В общении с иноплеменными, с иноверцами человек распоясывается, он колонизатор. В России цивилизация была колонизация. На месте якобы ничего нет, все ввозить, насаждать. Это от Стефана Пермского до… Мы тут, покоренные народы, были вынуждены или погибнуть — или принять их язык и закон («веру»), внешне забыв свое. Поэтому мы не смеем помнить о свободе, которою возможно пользовались до русских. Теперь у нас с ними общая судьба. Поскольку с ними смешались мы, потерявшие национальное лицо, они тоже перестали быть собственно нацией и стали организацией. Таково наше положение. Хотим мы этого или не хотим, для нас осталась возможна только идентификация всечеловека, европейца. Еще слава Богу что мы хоть так пристроены. Начинаем строительство жизни с самого искусственного что можно придумать: с выбора своего поведения, нравственности, потом цели и т. д. То есть попросту говоря встаем на голову. Спасибо и на том.
23.12.1983
