У двери шевельнулся и тихо выругался Медведь. Гроу тоже выплюнул проклятье, в его ушах зашумела кровь. Он положил руку на ремень, но вспомнил, что меч забрали.
– Вот наш дорогой граф… – жизнеутверждающе проговорил Жерт и, положил голову перед Хэджем на пустое блюдо: – Он был не самым худшим рыцарем, но самым непонятливым участником Совета. Что тут еще добавишь… Умер и умер. Все равно этой частью, – Жерт пальцем указал на блюдо, – Эффир не слишком умело пользовался. Но ваша голова, сэр Варрон, я уверен, настоящее сокровище. Вы и в мире бесов не пропали бы. Надеюсь, я не испортил вам аппетит? Угощайтесь.
Красный Жерт выбрал большой кусок утятины и вернулся в кресло. Мясо заблестело под светом свечей, с него упало несколько капель жира.
– Еще горячее. – Перехватив кусок и облизнув пальцы, Жерт впился в него зубами. – Или вы приняли элраятскую веру и не едите ночью?
Посмотрев еще раз на покоящуюся на блюде голову Эффира, Хэдж наморщил лоб и тяжело вздохнул:
– Ем… но самые говенные разговоры выходят, когда работает желудок… После сорока, разумеется. До этого любое решение кажется отличным. Например, это, – он кивнул на голову Эффира.
Гроу поразился спокойствию Хэджа. Ведь тот потерял хорошего друга, и теперь убийцы наблюдали за его реакцией с любопытством и удовольствием. Жерт… сукин сын! Лицо запылало, в горле появился ком, а скулы свело от напряжения. Гроу решил, что, вернув корону, первым делом спалит Межу и собственноручно обезглавит мерзавца.
Красный Жерт вытер губы рукавом:
– Не волнуйтесь, сэр Варрон, вам не придется слишком много думать. Но прежде чем говорить о деле, давайте все-таки познакомимся поближе. Так сказать, притремся. Вы ведь недурно жили в Вионе: зажиточный барон, рыцарь высшего ордена, знакомец герцогов. Мне очень любопытно, что погнало вас в дикие земли элраятов. Вы уехали сразу после смерти герцога… как же его… Пэя… Хэя, – Жерт поморщился и повел в воздухе куском мяса. – Все на одно лицо в этом очумелом роду и вылетают из головы быстрее, чем дохнут. А-а, кажется, припомнил, Дэя Серебряного. Скажите, – в глазах Красного заплясали лукавые огни, – он правда увечил женщин и рубил на куски селян?
С трудом проглотив отвратительную сплетню, Гроу переступил с ноги на ногу и впился взглядом в мерзавца. Жерт тоже посмотрел на него и подозрительно прищурил глаза.
– Давайте оставим мертвых и обойдемся без прелюдий. Что вам нужно? – Хэдж постучал двумя пальцами по краю стола. Это был условный знак. Так он просил Гроу сохранять хладнокровие. – Я не девица на смотринах. И с собой захватил не приданое, а товар. Не думаю, что вам хочется слушать рассказ о том, как я ушел в закат за туманом и запахом мандаринов. Куда интереснее, с чем я вернулся. В обозе шелк из кладовых императора. Травы, лечащие болезни. Кольчуги, гибкие, как вторая кожа. Я не мелкий барыга, промышляющий дряхлыми клинками и ядами. Уважаемый граф Эффир собирался дорого заплатить за гостинцы. Но вам-то это все зачем? Не думаю, что вы хотите пошить своей свите, – он кивнул в сторону угрюмых воинов, – цветастые платья и открыть лечебный монастырь.
– Травы и шелк… Это барахло можете оставить вионской знати. – Жерт отпил из чарки и провел языком по верхнему ряду зубов. В его чертах промелькнуло нечто звериное. – Сэр Варрон… Почему вы молчите о главном?
– Главном?
– Да. О вашей дружбе с элраятским владельцем золотых приисков.
Гроу крепче стиснул ремешок сумы. Золота в ней Жерту хватило бы на собственную крепость. В голове мгновенно выстроилась цепочка событий: плен, обыск, грабеж, смерть. Он скользнул взглядом по столу, но не нашел ничего острого.
– Не отрицайте, – продолжил Красный. – Граф Эффир был с нами откровенен и заработал легкую смерть. У вас с собой золото, верно? Без меня вы его не продадите. В Вионе драгоценный металл изымают для борьбы с рахо, и скрывать у себя золото – тягчайшее преступление. Но все проще для тех, кто свободен от закона, – он погладил цепь на шее. – Толковые бойцы в Вионе почти перевелись, остались те, кому бежать некуда, и я делаю для герцогства не меньше рыцарей… Герцог знает это и по-своему любит Межу. Объявись здесь немного золота, что же… на то воля предков.
Жерт работает на дядю? Гроу поверил. Пайрон, будь он проклят родом, вполне мог опираться на разбойников. Он и сам был убийцей.
– Думаете, я приехал торговать золотом? – Хэдж, скрестив руки на груди, взглянул исподлобья.
