Когда похищают брата Амари, она делает все, чтобы вернуть его в целости и сохранности. Условия сделки, которую она вынуждена заключить, оказываются совершенно непредвиденными. В паре с опасным, но привлекательным пленником, она отправляется в одиссею в другой мир.Дюран, преданный отцом, заключенный в темницу на десятилетия, выжил только благодаря своей жажде мести. Он ждал своего часа, чтобы сбежать, и потрясен, обнаружив неожиданную и временную свободу в виде решительной молодой женщины.Сражаясь против смертоносных сил и сталкиваясь с непредвиденными опасностями, пара спешит, чтобы спасти брата Амари. Когда время истекает и случаются невероятные вещи, даже истинной любви может оказаться недостаточно, чтобы довести дело до конца.
Перевод, редактура: Interesno (Первый опыт, сильно не пинайте)
— ГДЕ ОНА? Черт тебя возьми, где?!
Дюран выплюнул кровь и сквозь звон в ушах сказал: «Я никогда не скажу тебе…». Чэйлен Завоеватель снова вскинул ладонь, распластав ее на изуродованном лице Дюрана, словно пытаясь прихлопнуть летучую мышь. Но это было не так больно, как другое дерьмо, которые они делали с ним в большой комнате этого замка. Они уже вырвали его ногти, сломали все пальцы ног и били его по спине, пока полоски его собственной плоти не начали отваливаться от ребер. На данный момент у него не было сил, чтобы стоять на ногах, но он не беспокоился — двое охранников удерживали его подмышки над полом.
Когда его голова откинулась назад, он потряс ей, чтобы стряхнуть пот и кровь, которые заливали его глаза. В шипящем, неровном свете очага мужчина перед ним был коренастым, как дуб, с уродливым, как морда бульдога, лицом, на котором сейчас было зверское выражение, как у голодного медведя.
— Ты укажешь мне местоположение, — Чэйлен схватил Дюрана за горло своей мясистой ручищей, — и ты сделаешь это прямо сейчас.
— Извини, нет… большой болтун…
Завоеватель обхватил нижнюю часть лица Дюрана, сжимая так сильно, что челюсти открылись, и внутренняя часть его рта оказалась зажатой между твердыми и острыми молярами. Больше крови хлынуло на его голую грудь.
— Почему ты защищаешь того, кто упрятал тебя сюда? — непрозрачные глаза Чэйлена так пристально всматривались в черты Дюрана, как будто он пытался увидеть карту Мэриленда на его лице, — все, что тебе нужно сделать, это сказать мне, где находится объект. У твоего отца есть кое-что, что принадлежит мне.
Дюран ждал, когда хватка ослабнет. Когда это произошло, он сплюнул еще больше крови. — Я не… защищаю его.
— Тогда что ты делаешь?
— Хочу быть уверенным, что ты не обманешь меня, — Дюран улыбнулся, понимая, что он должно быть выглядел ненормальным, — убей его… Сам я не смогу до него добраться. Когда дело доходит до мести, сыновья выигрывают у деловых партнеров.
Чэйлен скрестил огромные ручищи на своей бочкообразной груди. Он был вооружен. Какую бы одежду он ни носил, под ней всегда были скрыты кобуры со стволами и ножами. Но никаких кинжалов. Он был вылеплен не из того теста, что Братство Черного Кинжала, и не только потому, что был дворнягой по своему происхождению: даже среди воров на черном рынке существовал кодекс поведения.
Но не для Чэйлена. У него не было кодекса. Ни в Старом Свете, и, не в течение последнего века здесь, в Новом Свете.
Был только один мужчина, который был хуже его.
Неудивительно, что они вдвоем заработали столько денег на торговле наркотиками.
— Я сломаю тебя, — тихо сказал Чэйлен, — и я буду наслаждаться этим.
Дюран хрипло засмеялся: «ты не представляешь, через что я уже прошел».
Чэйлен снова широко взмахнул ладонью, удар был настолько тяжелым, что у Дюрана потемнело в глазах. А затем из-за падения кровяного давления и недостатка кислорода в мозгу, ему померещился туманный спаситель, забирающий его страдания.
Звук движущихся цепей и скрежет шестеренок вернул его к реальности. Часть влажной каменной стены поднялась сначала на несколько дюймов, потом огромный вес поднялся выше, как ворота, открывая коридор…, из которого появился мужчина, с голым торсом, но с черным капюшоном на голове.
— Я заставлю тебя молить о смерти, — сказал Чэйлен, — и когда ты расскажешь мне то, что я хочу, ты вспомнишь этот момент. Вспомнишь, как от многого ты мог спасти себя.
Дюран выдохнул с бульканьем. Его тело было в огне, боль прожигала его вены, превращая его в полуживой, своего рода дышащий, своего рода сознательный сосуд для агонии.
Но к черту Чэйлена.
— Делай, что хочешь, — пробормотал он, — я, черт возьми, не собираюсь отдавать тебе ее.
— Я заставлю тебя пожалеть, что ты родился на этот свет.
Когда мужчина в капюшоне вышел вперед, Дюрана потащили и швырнули на стол, лицом вниз, его торс согнулся параллельно полу. Повернув лицо в сторону, он почувствовал запах испорченного мяса и прогорклого жира, впитавшегося в волокна досок.
— Я уже здесь, мудак.
Лицо Чэйлена появилось на уровне стола, их глаза встретились: — Он просто отдал мне тебя, ты понимаешь. Он даже не взял мои деньги. Просто доставил тебя сюда и бросил как мусор.
— Никто никогда не мог обвинить моего отца в том, что он через чур заботлив.
— Тебе нужно знать, с кем ты будешь иметь дело…
— Надеюсь, ты останешься и посмотришь на это, — когда Чэйлен нахмурился, Дюран снова улыбнулся сквозь кровь: — Я хочу смотреть на тебя, когда это будет происходить. Все это.
— Пощады не будет.
— Я и не хочу этого, — Дюран почувствовал, как его штаны разрезали ножом. — Ты тоже в моем списке. Я убью тебя после моего отца.
