Первородная сущность, обитатель высших космических измерений, по каким-то причинам изгоняется на планету Земля. Растерянный, омраченный вынужденным существованием в ограниченном трехмерном мире, Рафаил постепенно адаптируется к новым условиям. Тоскуя по необъятным просторам Единого измерения, он начинает осваивать магию, которая служит людям главным источником их развития и общественного блага. Попутно он осваивает боевые искусства, которые, согласно верованиям землян, являются земным воплощением акта творения всей Вселенной. Изгнание Рафаила и его новая жизнь проходят на фоне войны с силами вселенского зла, а новым полем битвы становится Земля, стремительную эволюцию которой и пытается затормозить царь тьмы и разрушитель миров – Аббадон.
Жёлто-песочные стены храма содрогнулись, едва не разрушившись до основания. Массивные плиты, испещренные причудливыми узорами коррозии передали друг другу инерцию невидимого, но ощутимого движения. В этом древнем месте, над каменными плитами пола сгустилось до состояния эфирообразной субстанции и повисло в воздухе облако разряженной энергии. Засверкали нити молний, легкий ветерок привел в движение опавшую листву, словно выпроваживая своих маленьких детишек в попытке уберечь их от кошмарного зрелища, назревающего в этих стенах.
Спустя несколько мгновений наэлектризованная прозрачная сфера вспыхнула ослепительным светом, по галерее храма прокатилась энергетическая волна, с угасающим жужжанием исчезнув за пределами этого дивного места, освещенного светом полной луны.
На месте сферы возникла человеческая фигура.
Фигура сделала шаг вперед, словно после некоторых раздумий. Сделав еще три шага, снова остановилась, медленно сканируя взглядом окружающую обстановку. Метатрона одолевали сомнения. Его длинные черные, как вакуум космоса, волосы плавали в разряженном воздухе, словно в эфире. Сдвинутые брови выдавали сосредоточенность и крайнюю важность его визита из Единого Измерения сюда, на Землю. Однако его вид выдавал и опасения, которые, к его сожалению, сбылись.
Густую тьму озарил свет еще одной сферы, и она опалила лианы, обвивавшие ближайшую каменную стену. Лианы вспыхнули алым пламенем, ибо вторая сфера была огненной. Прокатившись волной остаточного пламени во всех направлениях, сфера рассеялась, и на месте ее возник еще один гость. Характерный звук огненной волны сменил еще более зловещий – звук клокочущего тяжелого дыхания, напоминающего хриплые стоны изможденного до крайности путника, потерявшегося в пустыне. Однако эти стоны не были следствием мук и страданий. Они были следствием неистового гнева.
Ветер стих, все замерло. В воздухе повис пепел. Метатрон заговорил, в полуобороте через плечо глядя на гостя:
– С каких это пор демонам Хаоса позволено посещать земные святыни? Ты же знаешь, это запрещено договором о перемирии, – Метатрон развернулся и сделал два шага в направлении демона. – Убирайся отсюда! – вскрикнул он. Эхо его грозного призыва прокатилось по галерее храма и, казалось, содрогнуло купол ночного неба.
В ответ на эту тираду демон в один прыжок преодолел огромное расстояние и оказался в десяти шагах от Метатрона так, что можно было разглядеть яростный взгляд его огненно-желтых глаз. Если Велиал и намеревался уйти отсюда, то явно не с пустыми руками. Он сделал еще один энергичный прыжок в попытке атаки. Вне всяких сомнений, демон жаждал убить Метатрона, но ярость окончательно поглотила тусклую искру, которую можно было назвать рассудком. Демон забыл, с кем он имеет дело. Метатрон моментально среагировал – он сделал плавное, спокойное движение рукой, и демон, истошно рыча и изрыгая проклятия, отскочил от возникшего энергетичского поля за много метров от цели. Метатрон стремительно приблизился к поверженному врагу, намереваясь его добить. Но Велиал успел телепортироваться на безопасное расстояние, оставив после себя лишь черные вихри пепла.
– Договор о перемирии теперь не имеет никакого значения! Как и все, что ты видишь, что ты знаешь, к чему ты привязан! – голос Велиала был похож на рычание разъяренного хищника, смотрящего на добычу сквозь решетку клетки.
– Первородные сущности почти не имеют привязанностей, Велиал. Чего нельзя сказать о тебе и таких, как ты, – ответил спокойно, чуть ли не шепотом Метатрон, однако вибрации его голоса достигали самых недр сознания Велиала.
В ответ на эту колкость демон издал гневный рык, хотя не мог не согласиться с Метатроном. Его огненные зрачки пылали искренней ненавистью, а на ярко-красной шее пульсировали вены. Черное одеяние почти сливалось с темно-голубым пространством ночи, но Метатрон видел демона насквозь, ибо ни одна мысль не может быть скрыта от Верховного Архивариуса Единого Измерения.
– Ты пришел за Осколком. Значит Аббадон и впрямь решил действовать решительно, – Метатрон ухмыльнулся, все еще стоя напротив демона и проникая в его мысли всевидящим взором. Однако через секунду Метатрон вернул серьезный настрой: – Передай своему хозяину, что у него нет права на Осколок Ядра Потухшей Звезды! И повторяю еще раз.
На эти слова демон отреагировал новой атакой, ибо бурлящая в нем ненависть ко всему живому не давала ему покоя ни днем, ни ночью, а теперь и вовсе доводила до исступления. Велиал произнес заклинание, и прямо перед лицом Метатрона возник огненный клинок, и полоснул его по лицу. На этот раз Метатрон не успел среагировать. Верховный Архивариус вскрикнул, но, оставшись на ногах, понял, что пришла его очередь ретироваться.
