– Какой же ты бессовестный! Как ты можешь напоминать мне об
– Вот именно! И если ты не хочешь, чтобы я счел тебя отчаянной кокеткой, ты должна пообещать выйти за меня замуж!
– Джон, как тебе удается смеяться одними глазами, сохраняя полную серьезность?
– Я не знаю, и ты мне не ответила!
– Ах, ты же знаешь, что я согласна! Но не сейчас! Я не могу выйти замуж, пока так нужна дедушке! Ты не должен просить меня об этом, мой дорогой! Я не
– Конечно, я знаю, что не сможешь. Не бойся, я не собираюсь тебя дразнить! Поцелуй меня еще разок, и я пойду!
Нелл хотела проводить Джона до боковой двери, но он не позволил ей этого. Они расстались на верхней площадке лестницы, после чего капитан бесшумно покинул дом, а мисс Сторневей вернулась к себе, чтобы побыть наедине со своим счастьем.
Уинкфилд вошел в спальню, украдкой разглядывая хозяина, и с удовлетворением отметил: визит капитана ничуть не навредил ему. Он ожидал, что сэр Питер будет очень утомлен, однако спать старику явно не хотелось. Дедушка Нелл смотрел на огонь, задумчиво барабаня пальцами по подлокотнику кресла. Слуга отвернул стеганое одеяло и принялся раскладывать на кровати ночную сорочку и колпак хозяина. Резкий голос сэра Питера заставил его вздрогнуть.
– Погоди меня укладывать. Принеси мне перо, чернила и бумагу!
– Сэр? – изумленно заморгал Уинкфилд.
– Не притворяйся глухим! – рявкнул старик. – Я должен написать письмо.
– Но уже очень поздно, сэр, – пробормотал потрясенный Уинкфилд. – Может быть, вы…
– Я знаю, что поздно. Письмо необходимо написать немедленно, в противном случае его не увезут с утренней почтой. В котором часу отправляется почтовый дилижанс из Шеффилда в Лондон?
– Кажется, в шесть утра, сэр, но…
– Джозеф должен отвезти письмо к этому дилижансу. Передай ему мое поручение!
От отчаяния слуга едва не заломил руки.
– Я
– К черту доктора! И тебя тоже! Делай, что я тебе говорю!
– Сэр…
Сэр Питер дотянулся до слуги, схватил Уинкфилда за рукав и слегка потряс его руку.
– Уинкфилд, старый мой друг, у меня нет времени… нет времени! Ты хочешь, чтобы сегодня я спал со спокойной душой?
– Бог ведает, что именно этого я и хочу, сэр!
– Тогда не перечь мне. Я знаю, что делаю. И я хорошо себя чувствую – очень хорошо!
Слуга в отчаянии глубоко вздохнул, подошел к шкафу у стены, открыл его и сказал:
– Вы убьете себя, сэр!
– Вполне возможно. Ты думаешь, меня это волнует? Чем скорее окончится столь жалкое существование, тем лучше! Смею тебя заверить, я буду этому только рад! Ты же знаешь, если я что-то задумал, то обязательно должен исполнить это!
– Да, сэр, к сожалению, все именно так!
Сэр Питер сухо усмехнулся. Он обождал, пока слуга поставит на подлокотники его кресла поднос с письменным прибором, а затем неожиданно произнес:
– Этот гость очень отличался от того, которого я принимал вчера вечером.
– Еще как отличался, сэр!
– В
– Неужели, сэр? Как странно, что он приглядывает за воротами, хотя сразу видно, что он настоящий джентльмен!
Сэр Питер обмакнул перо в чернильницу.
– Наглец! Он ухаживает за мисс Нелл!
– Я так и понял, сэр.
– И ты считаешь, что это правильно? – покосившись на слугу, поинтересовался сэр Питер.
– Думаю, да, сэр. Если позволите мне заметить, я никогда не видел, чтобы мисс Нелл так светилась. Я был просто потрясен, когда увидел, как она смотрит на капитана. Роуз считает, что его послало нам Провидение.
– Возможно. В любом случае он появился как раз вовремя. Назови имя моего поверенного. Это точно не Рэйторн… он давно умер. Кто его заменил?
– Мистер Маршсайд, – удивленно ответил Уинкфилд.
– Маршсайд! Ах, ну да, конечно! Придержи эту чертову бумагу, чтобы она не ползала!
Сэр Питер начал медленно писать, и было видно, что дается ему это с большим трудом.
– Когда почта прибывает в Лондон?
– Я слышал, теперь путешествие занимает шестнадцать с половиной часов, сэр! На главный почтамт она должна попасть около десяти часов вечера, хотя в это трудно поверить.
– Слава богу, мне не надо ехать в этом дилижансе.
– Конечно, сэр, это просто ужасно так долго трястись в дороге.
Сэр Питер что-то пробормотал и снова обмакнул перо в чернильницу. К тому моменту, когда он поставил свою подпись внизу исписанной страницы, он был окончательно измучен и его рука дрожала. Уинкфилд взял перо у него из пальцев и сказал:
– Ну вот, сэр, вам больше не надо ничего делать. Я запечатаю это и сам напишу адрес.
– Маршсайд… это, кажется, где-то на Линкольнс-Инн-Филдс, – пробормотал сэр Питер.
– Да, сэр, я знаю.
– Письмо должно уехать с утренней почтой!
– Я обещаю вам, сэр, мы отправим его.
