Прошлое графа Колдблада окутано тайной, его отшельничество – предмет досужих домыслов. После долгих лет затворничества его скоропалительная женитьба на Оливии Хаксли шокирует общество, но этот брак вовсе не то, чем кажется. Чего на самом деле хочет граф? И удастся ли Оливии избежать заготовленной участи?
========== Глава 1 ==========
Воздух уже так холоден, что больно дышать. Я бы перестал, но будет ещё больнее. Джордж Мартин
Однажды в холодную февральскую ночь, когда метель замела подъездную дорогу, и в столовой дома Хаксли впервые за необычайно теплую зиму растопили камин, визит незваного гостя прервал семейную трапезу.
Первой стук копыт услышала Хэлли. Она не подала виду, только прикусила изнутри щеку, чувствуя нарастающее волнение. Когда к конскому топоту примешалось тихое ржание, головы остальных домочадцев, как в плохой пьесе, синхронно повернулись в сторону прихожей.
— Мы кого-то ждем? — миссис Хаксли отложила в сторону нож, которым собиралась нарезать ростбиф, и посмотрела сперва на мистера Хаксли (тот пожал плечами), потом — на румяную Хэлли. Последняя неопределенно улыбнулась, все сильнее краснея, как пасхальное яйцо, опущенное в раствор луковой шелухи. Близняшки Вайолет и Кэссиди многозначительно переглянулись.
— Кажется, к Хэлли снова пришел кандидат на руку, сердце, почки и прочие составляющие, — сказала Вайолет. Острая на язык и быстрая точно пуля, к пятнадцати годам она решила перестать уважать старших. Своих сестер в первую очередь. Кэссиди, точная копия Вайолет, только более покладистая и нерасторопная, прыснула со смеху и закашлялась, подавившись ягодным морсом.
— А ну тихо, мелюзга! — прикрикнула Хэлли. Вайолет показала ей язык.
Оливия, старшая дочь Хаксли, закатила глаза и молча положила себе в тарелку печеного картофеля. В такую ночь запрячь коня мог только умалишенный, и Оливия надеялась, что ужин не успеет остыть к моменту, когда инцидент себя исчерпает.
— Ведите себя прилично, девочки. Помните, чему я час учила, — напомнила миссис Хаксли («чему это?» — поспешила вставить Вайолет). — Джозеф, что ты расселся? Сходи посмотри, кого там принесло. Клянусь, если это опять жена викария пришла клянчить пожертвования, я возьму метлу и буду гнать ее до самого Гилдхолла!
Мистер Хаксли еще не успел подойти к двери, как та сама собой распахнулась и незваный гость широким шагом переступил порог. Как странно, удивился мистер Хаксли, разве входная дверь не была заперта? Отставив в сторону щегольскую трость, гость принялся счищать снежинки с волос и длинного плаща, не обращая внимания на недоуменно вытянувшееся лицо хозяина.
Незнакомец производил впечатление человека уравновешенного и основательного до педантизма, окруженного незримой аурой авторитета. Удивительно, до чего хладнокровно ему удавалось держать себя в незнакомой обстановке. Жестикуляция его была столь же скупа и невыразительна, сколь точна и осмысленна, а непринужденно-галантные манеры выдавали принадлежность к elite. Внешне же это был очень высокий мужчина средних лет, одетый дорого и по последней моде, но, как сразу заметил мистер Хаксли, без шляпы. Узкое лицо с высоким лбом, тонким носом и выступающими скулами намекало на родовитость, но к себе не располагало, даже скорее отталкивало, вероятно, за счет выражения глаз, казавшихся сделанными изо льда, — неестественно светлые, они сияли прозрачной глубиной пустоты.
Будто почувствовав, что его оценивающе разглядывают, незнакомец поднял голову и пристально посмотрел хозяину в глаза. До чего же неприятный человек, подумал мистер Хаксли, против воли опуская взгляд. И видно ведь, что из «самых сливок», наверняка такой же тупой и самодовольный, как и все их сословие. И думает о себе черт знает что. Кто дал ему право являться без приглашения в чужой дом во время ужина, а потом еще и вести себя так бесцеремонно, будто он здесь полноправный хозяин? Незнакомец был явно не из окрестностей Роузвилла, ни даже из Гилдхолла: знатные семейства двух соседних городов можно было пересчитать по пальцам, и им бы и в голову не пришло нанести визит дому Хаксли. Но должно быть, у гостя была веская причина являться сюда, иначе никто не стал бы рисковать жизнью, запрягая коня в такую метель и стужу.
— Я не отниму у вас много времени, мистер Хаксли, — словно прочитав его мысли, сказал незнакомец. У него был голос человека, который умеет владеть собой. — В ваших же интересах будет уделить мне несколько минут. Финнеган Колдблад.
