Я не так уж и сильно нуждаюсь в этой работе. Завтра позвоню и сама уволюсь.
Завожу «Чарджер» и срываюсь домой.
К тому времени, как подъехать к дому, успеваю успокоиться.
Войдя в дом, вижу, что Роуэн и Майкл раскрашивают рисунок за кухонным столом.
— Привет, ребята. Как прошёл твой день? — целую дочь в щёку.
— Мамочка, а я узнала, что цветы едят солнце, — улыбается она.
— Правда? Это интересно.
— Я тоже так подумал, — вмешивается Майкл.
— Как поживает твой друг? — любопытствую я.
Майкл замявшись, отводит взгляд.
Рут входит на кухню, тоже стараясь спрятать от меня взгляд, но я всё же замечаю, что её глаза красные и опухшие.
— Рут, что случилось? — подхожу к ней и обнимаю. Я поняла уже, что она плакала. Господи, только бы ничего страшного не случилось.
— Ничего, милая, просто захотелось поплакать, — старается она улыбнуться. — Я хотела бы сегодня забрать Роуэн. Ты не будешь против, если она переночует у меня?
— Ура! Я буду ночевать у бабушки, — радуется Роуэн.
Поведение Майкла и Рут настораживает. Что-то явно случилось. Вихрь вопросов кружится в голове, но я сдерживаюсь и не задаю их при дочери. Надеюсь, они сами мне всё объяснят.
— Конечно, Рут, — обнимаю её крепче, давая понять, что она всегда может на меня положиться.
Рут хватает уже упакованную сумку Роуэн.
— Ты готова, солнышко?
— Да, бабушка. Спасибо, что помогла мне с дедушкой раскрасить рисунок, — и она обнимает Майкла.
Рут берёт её за руку, и они выходят за дверь.
— Майкл, что происходит?
— Элис, мне нужно кое-что тебе сказать.
— Боже… Что случилось? Вы с Рут разводитесь? Ты что, заболел? Из-за этого Рут плакала, да? — засыпаю его вопросами.
— Черт возьми, Элис, конечно же, нет!
И я немного расслабляюсь.
— И никто не болен!
— Тогда что происходит, Майкл?
Он хватает меня за руки и крепко сжимает.
— Элис, милая… Ройс… Ройс… Он жив.
Я смотрю на него, широко распахнув глаза, и пытаюсь осмыслить его слова.
—Ч-что?
— Ройс. Он жив. Всё это время он был в плену, — голос Майкла дрожит.
— Ч-что? — повторяю, поскольку не знаю, что ещё сказать. Я не могу в это поверить.
— Он уже три дня как в Форт-Карсон. С ним всё в порядке и он хочет завтра видеть тебя.
Слёзы начинают печь глаза.
Боже. Значит, это правда.
— Он жив?
— Да, милая, — глаза Майкла блестят от слез, и он обнимает меня.
— Не могу в это поверить, — шепчу, и мы оба уже не сдерживаем рыдания.
Я стою перед палатой Ройса, разглаживаю платье и поправляю волосы, прежде чем войти. Майкл сказал, что Ройс почти не изменился. А вот я напротив. После рождения дочери я поправилась и как бы ни старалась, двадцать лишних фунтов, так и отказались уходить.
Будет ли Ройс по-прежнему считать меня привлекательной? Он все ещё любит меня? Будет ли он счастлив, от того что стал отцом?
— Элис, успокойся. Ты прекрасно выглядишь. Ройсу будет всё равно, как ты выглядишь. Поверь мне. Он будет более чем счастлив просто увидеть тебя, — успокаивает меня Майкл, приободряюще слегка сжимая моё плечо.
Киваю.
— Я буду за дверью. Она не будет заперта. Ты сможешь выйти, когда захочешь, или просто крикнуть, если тебе понадобиться помощь.
— Ройс не причинит мне вреда! — возмущаюсь предположениям Майкла.
— Знаю, милая, но ПТСР может изменить человека. Просто будь осторожна, — настаивает он.
— Хорошо, — заверяю его. — Когда я смогу забрать его домой?
Майкл смотрит на меня долгим пронзительным взглядом.
— Если тебе будет удобно, то сегодня, но ты должна быть уверена.
— Спасибо.
Обнимаю его, прежде чем он отходит в сторону. Секунду смотрю на дверь, пытаясь собраться с мыслями. Всё же я, наверное, не до конца осознала, что Ройс жив, но пора положить конец сомнениям.
Открыв дверь, решительно вхожу внутрь. Ройс стоит спиной ко мне и смотрит в большое окно. Моё появление заставляет его обернуться, и у меня перехватывает дыхание.
Это он. Это действительно он.
Ройс пронизывает меня взглядом, и замечаю, как его тело напрягается.
Время для меня останавливается.
Я смотрю на Ройса, отмечая, как он похудел, но всё же при этом остался мускулист. Его руки усеяны шрамами, и ещё один рассекает бровь.
Как бы то ни было, но он всё ещё мой Ройс.
Он прижимает руку к сердцу, стискивая рубашку.
— Боже, Элис, ты ещё красивее, чем я помню, — его голос дрожит.
Слёзы радости обжигаю меня и… мы срываемся навстречу друг другу.
Ройс обнимает меня своими сильными руками, а я, прижавшись к его груди, рыдаю. Он гладит меня по волосам и крепче прижимает к себе.
— Я так скучала по тебе, — сквозь слёзы шепчу ему.
— Я тоже по тебе безумно скучал. Боже, не могу поверить, что ты в моих руках, — он немного отклоняется и оглядывает меня.
Вижу, как по его щекам тоже текут слезы. Протянув руки, обхватываю ладонями его лицо и припадаю губами к его губам.
Наш поцелуй страстный и отчаянный.
Ройс крепче прижимает меня к себе, и я обвиваю руками его шею.
Когда мы всё же решаем перевести дух, не могу удержаться от смеха счастья.
— Боже, как же я соскучился по твоему звонкому смеху. По твоим прикосновениям, по твоему неповторимому запаху, — шепчет Ройс, уткнувшись лицом мне в шею.