Я срываюсь и спешу на кухню. Вхожу и вижу свою жёнушку, мило беседующую и улыбающуюся какому-то мужчине. Я подхожу сзади и прижимаю её к кухонному островку, прежде чем страстно поцеловать. Намёк не тонкий, но безотказно работающий. С годами я обнаружил, что отмечать свою территорию таким способом проще всего. Ублюдки сразу понимают, кому принадлежит эта женщина.
Я отстраняюсь и прожигаю мужчину убийственным взглядом. Он, молча, просто уходит. Вот и хорошо, мне бы не хотелось вырубить кого-нибудь на выпускном вечере моей дочери.
Элис легонько шлёпает меня по руке.
— Ройс, он женат. Его сын учится в том же колледже, куда поступила Роуэн. Я просто задала ему несколько вопросов.
— Ты же знаешь, чёрт возьми, что мне всё равно, — ворчу я.
Жена улыбается мне, обнимает за шею и целует.
— Ты мой дикарь, — шепчет она.
— Для тебя – всегда.
Я слегка сжимаю её пухлую попку и Элис, многообещающе улыбнувшись, возвращается к раскладыванию еды по тарелкам для вечеринки.
Когда я оглядываюсь на наши годы, проведённые вместе, это не что иное, как любовь и счастье. Время, проведённое с любимой женой, стёрло все мои мысли и чувства с того времени, когда я был военнопленным.
А ещё я понял, что с того момента, как впервые увидел Элис – стал пленником другого рода. Я стал узником любви и ради неё с радостью отбываю пожизненное заключение.