— О том, что наш мир является правильным. Он результат долгой и кропотливой работы, которой я горжусь. Работы, которую поколениями проводили мои предки. Всё, что вокруг есть, построено теми, кто не знал отдыха и жил лишь одной целью.
— И что они сумели построить? Чего вообще добились?
Эта женщина определённо на него влияла. Слова Евгения вызвали возмущение на лицах её подруг и удивление Вирза и седого мужчины. Но Айрини ответила усмешкой.
— Хорошо, сделаю исключение из любопытства, — после недолгого размышления сказала она. — Мои предки завоевали Луну. Они стали безраздельными хозяевами Бесконечных Туннелей и Пещер. Они построили прогрессивное общество кланов, в котором младшие семьи служат старшим. И это образует гармонию.
— Гармонию? Вы называете гармонией войну и безумие?
— Ты об Астотных Землях? Об этих разборках?
— Разборках? Там льётся кровь. И её льют ваши кланы! Это вы называете гармонией?
— Но они льют её только в Астотных Землях, — улыбнулась Айрини. — Посмотри туда. Видишь? Это мой брат — генерал Вугно. А рядом с ним видишь фигуру в огромном капюшоне? Песочного цвета. Это многоуважаемый Уттит из Утикатов. Представитель клана Аграта.
Евгений не поверил своим ушам, но глаза точно не обманывали — фигура в песочном балахоне действительно была. Но вот кто скрывался под её капюшоном?
— Конечно, иногда споры возникают и меж друзей, но на то и нужен старший брат. Тот, кто разнимет слишком распоясавшихся.
Евгений слушал её в пол уха. Он не мог оторвать взгляда от фигуры в капюшоне. В её руке был наполненный стакан.
— И такой брат у кланов есть. Арбиторий. Единственный авторитетный суд между кланами. Видишь фигуру в золотом плаще? В золотой маске? Это Наблюдатель из Арбитория.
Фигура в золотом плаще тоже была. И у неё были сразу два наполненных стакана.
— И о чём это должно мне сказать? — сдерживая гнев спросил Стрельцов.
— О том, что наше общество идеально слажено и выстроено. Идеальнее только мигрирующие солнца.
Евгений посмотрел на неё. Если подумать, то да, она была красива. И да, Влад сказал никому не злить лунатиков. Но он просто не контролировал себя узнав, что Вигто пьют вместе с Агратой. В то время как земляне с обеих сторон умирают в окопах.
— Это варварство, — сказал он. — Эта война безумие. А похищения землян… Это преступление.
Вот теперь подруги Айрини побагровели. Слуги побледнели. Вирза вообще рот распахнул. Айрини больше не улыбалась. Её глаза опасно сузились.
— Наше общество куда более цивилизованное, чем ваше. Достаточно лишь взглянуть на вашу историю, чтобы убедиться какие вы варвары, — медленно произнесла она. — И это то, что отрицать глупо. Если попробуете, то лишь докажете очевидное.
— Ну что ж, даже не буду пытаться поступить иначе, — Евгений ещё не исчерпал свой запал наглости. — Вот только зачем вы всё это мне рассказываете? К чему столько времени на кого-то землянина?
— К тому, что я могу жизнь этого землянина изменить. Придать ей смысла. Но только сомневаюсь стоит ли это делать, если землянин не знает ни когда нужно поклониться, ни когда стоит заткнуться.
— Ну вот такой я как есть! И ничего с меня не взять!
Какое-то время Айрини внимательно рассматривала Евгения, а потом рукой подозвала к себе Вирза. Тот немедленно приблизился и поклонился.
— Да, моя госпожа?
— Проводи нашего гостя, — повелела женщина. — Наш разговор окончен.
— Слушаюсь, моя госпожа.
Евгений поставил на стол стакан, из которого так и не отпил и вместе с учёным покинул ложу. Когда они спускались по винтовой лестнице Евгению показалось, что Вирза хотел что-то сказать. Но он промолчал.
* * *
— Так дела не делаются, — недовольно сказала женщина.
Рыдания девушки были слышны за дверью. Так громко и отчётливо словно никакой двери вообще не было. Также хорошо были слышны и голоса успокаивающих её других девушек. Сидевшая за широким столом женщина недовольным взглядом сверлила Врорфа, а он тем временем пытался понять — не стремилась ли она разжалобить его этими рыданиями в соседней комнате? Если да, то совершенно напрасно.
— Так дела не делаются, — строго повторила она.
— Знаю, — равнодушно ответил Врорф. — Но насколько мне известно ущерб не так велик, как поднятый вокруг него шум.
— У неё пострадало лицо.
— Но ничего необратимого нет. Время и травы всё вылечат.
— На это время она выпадет из работы. И его тоже нужно компенсировать.
— Как будто у вас не бывает клиентов, которые любят побитых, — поморщился Врорф. — Уверен вы найдёте чем её занять.
Лицо женщины нисколько не изменилось, даже ни один мускул не дрогнул. Пугающе худая, с вытянутым лицом и одетая в обтягивающее длиннополое чёрное платье, из-за которого она казалась ещё тоньше чем была. Госпожа Экоспи. Ньяхотепская хозяйка удовольствий. Чёрными глазами она недовольно смотрела на Врорфа. В основном, потому что хотела от него денег.
— Могу ли я полагать, что поведение вашего товарища соответствует поведению всех членов вашего славного отряда? — госпожа Экоспи откинулась на спинку кресла. — Мне учитывать это при обслуживании других ваших бойцов? Например, в стоимости?