-Все твои руки были испачканы зеленой болотной жижей, - спокойно ответил Адорт.
Элиффин невольно вытянул перед собой ладони. На них не было ни пятнышка: за то время, пока он спал, Тадрин и Адорт заботливо вымыли ему руки по самые локти.
-Спасибо большое, - произнесла Нирана, благодарная за свое спасение. Нелепый вид, с каким Элиффин разглядывал свои ладони, привел ее в умиление.
-Всегда пожалуйста, поправляйся скорее - ответил Элиффин, немного покраснев.
-А ты? - вопросительно уставилась она на Адорта. Маг без доли всякого раздражения, в присущей ему интересной манере поведал всю историю, рассказанную прежде Элиффину.
По завершению своего рассказа он сменил Тадрина на веслах. К лишившимся припасов путникам подступил голод. Ни Тадрин, ни Элиффин, ни Нирана не ели ничего с раннего утра. Не придумав ничего лучше, Тадрин решил попробовать порыбачить. Удочку он наскоро смастерил из посоха Элиффина. Червя, разумеется, не было. К счастью, в лодке он обнаружил банку с полуживыми слизняками. Предыдущий владелец лодки, скорее всего, сам был рыбаком. Уже через мгновение на толстую дубину была намотана длинная нитка, на конце которой слабо задёргался привязанный слизняк.
-Не думаю, что ты здесь что-нибудь поймаешь, - предрек Элиффин.
-Поймает, еще как, правда такое же, как и то, что подвесил на нитке, - прокомментировал Адорт, не отвлекаясь от гребли.
Время шло медленно, солнце уже начало клониться к Ясным горам, когда нитка натянулась и задергалась. Через мгновение в руках удивленного Тадрина оказался громадный слизень. Как и предвещал Адорт, слизень как две капли воды был похож на живца, за исключением разве что больших размеров.
-Порыбачил, - с обреченностью в голосе сказал Тадрин.
-Постой, не выкидывай, его едят, - рассмеялся Адорт.
-Не буду я его есть! - запротестовал он.
-Но ты ведь не видел его приготовленным, - ответил Адорт и подмигнул Элиффину: - Его неплохо бы поджарить.
-Прямо в лодке? - удивился Элиффин.
-А почему бы и нет? Кто-то держит, а кто-то готовит. Давай я тебе покажу, как это делается, возьми-ка.
Элиффин с отвращением взял в руки слизня, который, к его облегчению, не ерзал. Адорт поднял со дна лодки свой посох и направил его на слизня. Спустя мгновение он зажег огонек, но это был не сноп и ни струя, а скорее шар пламени, мирно горевший, словно подвешенный в воздушной пустоте. Слизень брыкнулся, но Адорт поразил его.
-Теперь я держу, а ты пробуй, только меня поджигать не надо, - попросил Адорт, взяв удочку у Тадрина и протянув ее Элиффину, - зажги огонь и держи его, как можно дольше. Не бойся, это гораздо легче и не обессилит даже тебя.
Элиффин, как и Адорт, направил свой посох на слизня. Спустя мгновение все занялись тушением плаща Адорта. Чародей развеселился и громко захохотал, указывая пальцем на огромную выгоревшую в плаще дыру, которая поспешила тотчас же отвалиться.
-Теперь, внешний вид у меня, как и у вас. Ну что ж... зато на мой плащ никто претендовать не будет. Пробуй еще раз.
Элиффин сосредоточился, вспомнил, как он уже зажигал однажды огонек на конце палки, стоя ночью на берегу реки, и на сей раз у него все получилось. Небольшое пламя мерно горело, поджаривая со всех сторон слизня. Повеял на удивление приятный запах копченого мяса. Слабость начала опять возвращаться к Элиффину, Адорт понял это и довершил дело сам.
-Каждый маг обладает собственной силой, однако, предпочитает находить себе подпитку, чтобы не истощаться. Чем больше практики, тем больше силы.
-Что питает твою силу? - спросил в лоб Элиффин.
-Вернее будет сказать, что питало... сейчас, например, ее поддерживает лишь мой собственный желудок.
-Хорошо, а что питало?
-До того дня, когда Ладрозар потребовал корону, силу питал заключенный в нее силон и волшебная сфера отца, инкрустировавшая мой жезл. Позже Ладрозар отнял у меня и ее. Если присмотритесь, то увидите, что в посохе зияет дыра.
Действительно, в переплетении зубцов прекрасного жезла с тонкой резьбой была пробоина, на месте которой, как припоминал Элиффин, в день коронации переливался таинственной зеленой мглой гладко отточенный многогранный самоцвет.
-Давайте есть, у меня уже урчит в желудке, - взмолился Тадрин.
На вкус слизняк был совсем не так плох, как на вид, или же так попросту казалось изголодавшим путникам. Вечер быстро шел к ночи, порозовело небо над Ясными горами и в закатном свете друзья разглядели силуэт высокой старой крепости, поднимавшейся, точно пик, над сплошной стеной Оранжевого леса в нескольких верстах к северо-востоку. Внезапно берега реки начали стремительно расширяться, пока, наконец, и вовсе не остались позади, вытянувшись к северу и югу. В отблесках закатных лучей искрились и переливались прозрачные, синие воды могучего и широкого Калдура. Путники с удивлением осматривались по сторонам: никто из них, за исключением Адорта, который много путешествовал, здесь прежде не бывал. О существовании этих мест они лишь предполагали по сохранившейся в памяти карте.
