Сначала Цай Ян подумал, что в комнате он один (кому еще придет в голову этим вечером сидеть у себя, когда из кухни доносятся такие великолепные запахи, что учуять их можно даже на самом верху?), но он оказался не прав. Увидев его, Ван Чин вскочил с кровати, схватил что-то со своей тумбочки и, спрятав руки за спиной, подбежал к нему.
– Цай-гэгэ, с днем рождения тебя! – выпалил он, глядя на Цай Яна снизу вверх. Цай Ян сильно подрос за эти годы, в то время как Ван Чин в свои десять оставался ниже его на голову.
Цай Ян опешил. Да, многие приютские дети поздравляли его в этот день, но это было мимолетно. Все знали, с какими воспоминаниями связан этот праздник для него. Но Ван Чин был явно настроен серьезно.
– Ты мой самый лучший друг! И вообще самый лучший! – продолжил Ван Чин. – Загадай желание!
С этими словами мальчик достал из-за спины маленький тыквенный кексик, украшенный шоколадом, с тоненькой свечкой, торчащей из самой верхушки. Повозившись, он выудил из заднего кармана штанов зажигалку и, хоть и не с первого раза, поджег крошечный фитилек. На кончике свечки заплясало рыжее пламя.
Цай Ян улыбнулся и взял кексик в руку, задумавшись, чего он мог бы пожелать. Ему повезло, что он попал сюда почти ровно пять лет назад, и это был хороший подарок судьбы. Все ребята из приюта были ему как семья, включая детей директора Мао и доктора Сун. Он очень хотел, чтобы так было и дальше.
Ван Чин улыбнулся, когда он задул свечку.
– Спасибо, А-Чин, – сказал Цай Ян, похлопав мальчика по плечу. – Я…
В дверь кто-то громко постучал, и она тут же распахнулась, являя взору Госпожу Мин.
– Что за переполох ты устроил у девочек? – требовательно спросила она, уперев одну руку в бок, а другой крепко обхватив ручку двери. Ее строгие темные глаза впились в Цай Яна, словно прожигая насквозь.
Цай Ян не успел ответить, так как к матери подбежал Мао Линь.
– Мама, ну перестань!
– Перестать? И ты туда же! У него хотя бы оценки в школе отличные, а ты что, так и будешь плестись за ним вечно вторым? Отец вчера был у директора, так он так нахваливал Цай Сяошэна, что тот даже спросить забыл о твоих успехах! Тебя это устраивает, А-Линь?
Мао Линь словно стал ниже ростом, сгорбившись под ее строгим взглядом. Цай Ян нередко слышал, как его родители ссорились из-за этого. Госпожа Мин была уверена, что директор Мао, так как они с Мао Линем учились в одной школе в параллельных классах, совсем не обращал внимания на учебу сына, упиваясь тем, как все учителя хвалят Цай Яна. Ему и правда легко давалась учеба, но претензии Госпожи Мин были несправедливы.
– Госпожа Мин, Мао Линь молодец! – попытался возразить Цай Ян. – Учитель Цзинь только вчера зачитывал его сочинение перед всем классом! Оно было отличное!
Госпожа Мин смерила его ледяным взглядом.
– Только на конкурс все равно отправили твое! – сказала она. – Потому что из двух классов именно оно показалось учителю Цзиню подходящим. Так что вместо того, чтобы пугать девочек, – продолжила она, вновь посмотрев на Мао Линя, – лучше бы занялся уроками!
Она развернулась и пошла по коридору к лестнице.
– И чтобы ноги вашей не было на третьем этаже! – крикнула она, уже спускаясь по ступенькам.
Цай Ян вздохнул. Ван Чин, который, казалось, все это время и вовсе не дышал, медленно отошел к своей кровати и забрался на нее, как обычно спрятавшись за книжкой.
– Мао Линь… – начал Цай Ян.
– Я пойду домой, – перебил его Мао Линь. – Передай сестре, что я там.
– А как же ее десерт?
– Мне нужно заниматься.
Цай Ян поймал его за руку, когда он уже развернулся, чтобы уйти вслед за матерью.
– У тебя правда было самое лучшее сочинение! – заверил его он. – Даже слишком хорошее. Этот конкурс не имело бы смысла проводить, если бы на него отправили твою работу, а не мою!
Губы Мао Линя тронула слабая улыбка, но она тут же исчезла, когда он нахмурил брови.
– До завтра, Цай Сяошэн.
– Постой. – Цай Ян взял его ладонь и вложил в нее кексик. – Заниматься лучше, когда поешь сладкого. Раз уж ты не дождешься десерта Мао Янлин.
Мао Линь опустил взгляд на кекс, потрогал пальцем свечку, все еще торчавшую из верхушки. Засмеявшись, Цай Ян одним движением вынул ее оттуда и облизал кончик, испачканный в шоколаде.
– М-м, вкусно!
Мао Линь все же улыбнулся и, разломив кексик, сунул Цай Яну половинку в рот.
– С днем рождения, дурак.
– Ты снова выиграл! Ты жульничаешь там, что ли?! А ну иди сюда, где ты прячешь кости, где, покажи!
Мао Линь, едва не раскидав весь набор костей, поднялся на колени и потянулся к Цай Яну, схватив того за рукав.
Цай Ян рассмеялся, разведя руки, чтобы показать, что у него ничего нет.
– Логика и удача! А еще хорошая память! – сказал он.
– Да дерьмовая у тебя память! – продолжал возмущаться Мао Линь, не отпуская его. – Кто сегодня забыл прийти на дополнительное занятие по японскому?
– Да там скучно, я уже выучил эту тему!
– Посмотрим, как «скучно» тебе будет на экзамене! – сделав пальцами кавычки, фыркнул Мао Линь.
– Да хватит орать, мешаете! – рявкнула из своего угла Сун Цин, громко захлопнув учебник по анатомии, который все это время изучала.
