- Я скучала по тебе, Блэквуд, - она прижалась к небритой щеке, чувствуя родные руки на пояснице. Расставшись около двух или трех месяцев назад, они тосковали друг по друга и не скрывали восторга. – Мой братец решил устроить пир, но не предупредил о таком подарке.
- Прости, я не смог уберечь твою сестру, - спустя минуту блаженства произнес Скотт, стыдясь своего бездействия и воистину недостойного поступка. – Дебра была убита. Мне правда очень жаль.
Все разговоры разом прекратились, стоило Джине попытаться утешить удрученного супруга. Массивные двери распахнулись, пропуская вперед восьмидесятилетнего на виду старика. Иссушенное лицо с глубокими морщинами и старыми шрамами почти не поворачивалось, словно вокруг никого не было. Время давно украло каштановое золото из волос, оставив сплошной пепел – прежняя улыбка, радовавшая дочерей по ночам, исчезла. Но смех все еще прятался в серо-голубых глазах, скрывающихся под густыми бровями, напоминающих гусениц. Остановившись подле замершего слепца, лорд нахмурился, но все же положил тяжелую ладонь на дрогнувшее плечо.
Сей покровительственный жест был воспринят многими как хороший знак. Обычно невосприимчивый к душевным порывам вояка сделал покровительственный жест, и напряженная публика выдохнула. Четверо верных стражников с алебардами вели за собой пленника, звенящего цепью. Пораженные гости разглядывали высокомерного захватчика, каждодневно угрожавшего роялистам со стен казнить всех заложников. Мог ли он представить, что сам окажется на их месте. Разбитая губа указывала на не лучшее отношение. Растрепанные черные волосы покоились на вспотевшем лбу.
Зрителям не требовалось особое разрешение на издевательства. Мгновенно один из бражников швырнул в проклятого безбожника чашей с соусом. Впрочем, там, увы, не достигла первоначальной цели и угодила в панцирь одного из надзирателей. Бурная реакция сопровождала крепкие ругательства солдата. Сгорбленный Шеридан желал прекратить веселье, однако сделал это в конце, перед главным столом. Опустившись на колени, еретик поднял голову, дабы взглянуть на собственных судей. Мартеллы и Ланнистеры. Какая прелесть. Тень насмешки скользнула по лицу дорнийца.
- Какой неожиданный сюрприз, дядя, - Нолан, беззаботна напивающийся с друзьями, заметно побледнел. Нельзя сказать, что он не догадывался и не слышал новостей, но подсознание отказывалось верить в предательство единственного родственника. – Я думал, ты сбежал. Как и остальные.
- Он бежал, - вмешался лорд Пайпер, стряхивая несуществующие пылинки с камзола. – Но не слишком быстро. – взрыв хохота поубавил спеси с наглеца, закусившего губу. – Я поймал его ради вас и требую правосудия. Он швырнул меня с сыном в темницу и морил голодом. К счастью, не все мои слуги оказались запуганными. Но жуткие вещи творил не этот ублюдок, а ваш поганый Лжепророк. Приходил ко мне, повествовал о каком-то черном списке, мстительных порывах и всякой чуши. Хотелось повеситься.
- Мы накажем его со всей суровостью, - пообещал Элайджа, недовольный решением привести ненавистного волчьего приспешника в помещение, наполненное дикими и неконтролируемыми пьяницами. – Отведите в камеру до вынесения приговора. Я же должен посоветоваться с Его величеством относительно дальнейших действий. Вы понимаете?
- Разумеется, понимаю, - ветеран задумчиво хмыкнул и прижал пальцы к подбородку без единой щетинки. – Светски беседы, несомненно, полезны, но не в данном случае. Я хочу восстановить справедливость. Сегодня. Сейчас.
- Глупый старикашка, - подавив вырвавшийся наружу смешок, Реми облизнулся. – Я не собираюсь так быстро расставаться с жизнью. Не окажу тебе такой части. Знаешь, мне почему-то кажется, что король пощадит меня. Я – ценный заложник. И, надеюсь, он поймет это, но не сразу. Поэтому, будьте любезны, верните меня обратно, хотя не буду возражать, если мне предоставят более уютное местечко.
Воцарившаяся в зале тишина постепенно тонула в недовольном ропотом. Рыцарство было явно возмущено поведением нечестивца. Побросав недоеденные свиные ноги, самые отъявленные борцы за честность ринулись на врага. Перевернув все стулья и опрокинув столы, изрядно выпившие солдаты жаждали разорвать неучтивого козла на мелкие шматки. Угрожающе выставленные алебарды не сдержали напора убийц, равно как и приказы вскочивших принцев. Нолан, перепрыгнувший через помост, не хотел становиться свидетелем гибели родственниками, посему бросился на своих же друзей с кулаками. Новоявленные гвардейцы принялись растаскивать скандалистов и защищать пленника.
