– Неужели у леди Ирины было двое сыновей? – поинтересовалась белокурая лоретка, проводя кончиками пальцев по оголенной груди самоуверенного мальчишки. – Мне и в голову не могло прийти.
– Конечно, двое, – хищно усмехнувшись, прошептал Аларик, наслаждаясь ласками. Не забывая о развлечениях, он каждую ночь проводил с разными девицами. Разумеется, отец бы не одобрил, но он гниет в фамильном склепе. – Один сильный. А другого уже нет.
Не считая зазорным пользоваться услугами блудниц, Тирелл потчевал их всех занимательными рассказами о прошлом. Приравнивая себя к великим предкам, он и не собирался подражать им. Наименования вполне хватит.
– Наш род возводится еще ко временам некоего Флорентино. Поговаривают, будто он служил при дворе короля Кена Флорента, но потом явились Таргариены и потребовали присяги на верность. А Кен с властью расставаться не планировал, посему мой родоначальник подсобил ему слегка. За неоценимый вклад в развитие нынешней страны он получил Простор.
– Вы знаете столько занятных легенд, милорд, – распутница улыбнулась, ожидая слов похвалы ее приятному обществу. Она провела в душных покоях весь день. Удвоенная плата не станет лишней в такой ситуации. – Может, забудем на пару минут обо всех?
– Несомненно, дорогая, – облизнувшись, Рик грациозно перевернулся на другой бок, а затем – на живот. – В следующий раз я поведаю историю о моем дяде – гвардейце. Не поверишь, кто был причастен к его смерти. – Коснувшись бледной кожи молочного оттенка, аристократ замер на половине пути, стоило дверям резко распахнуться. – Надеюсь, мне не придется объяснять, для чего в борделях закрывают двери, Оноре?
Мужчина, не обремененный сверкающими доспехами, выпрямился во весь свой рост и громко фыркнул. Волосы темнее угля и воронова крыла падали на лоб. Спутанные на затылке, они, тем не менее, лоснились. Серые глаза не выражали абсолютно никаких эмоций: маленькие, близко посаженные и до странности блеклые. Призрачно-серые, так порой называют этот тон, но на самом-то деле они были бесцветными, как два осколка грязного льда. Пухлые губы безмолвно шевелились, словно их хозяин намеревался высказать свое мнение относительно тех или других. Гладко выбритый подбородок свидетельствовал об ухоженности лорда. Несмотря на дурную репутацию инквизитора, он предпочитал смывать следы крови своих жертв при помощи ежедневных омовений.
– We have a problem, – Вирвел не любил обсуждать что-либо при посторонних. Мысли о лазутчиках не выходили из головы подозрительного южанина, занимавшего пост капитана и палача одновременно. Нечасто проявляя чудеса красноречия, он обычно стоял в темных углах и наблюдал за окружающими. Опасный враг и преданный друг. Жуткая смесь. – К вам пришли гости. Я пытался сказать, что вы заняты, но мои доводы их мало волновали.
– Если они не испугались серебряной виверны, что красуется в твоем гербе, то повод веский, – рассмеявшись, Аларик мгновенно натянул рубашку, извлек из кармана три серебряных монетки и швырнул на простыни. – Прости, милая, обстоятельства того требуют. Мое вмешательство жутко необходимо.
В раскрытое окно ворвалось несравненное утро, напитанное упоительным ароматом роз. Слушая дружный хор, в котором сливались щебет, чириканье, посвист и нежная песенка ветра, трудно было не поддаться невинному опьянению утра. Благоухающее сады одаривали непрошеных гостей разнообразными фруктами. Фонтаны изливали потоки голубых слез, орошая почву. В неподвижном утреннем воздухе раздавалась настоящая симфония звуков. Женский смех перемешивался с криками бравых ребят, демонстрирующих свое умение позировать в седле. Две твердыни, расположенные в разных ответвлениях стен, осенялись свежим, воскресшим солнцем. Лучи падали на зелено-желтый плющ, разросшийся до неимоверных размеров.
На поросшем травою холме появились две фигуры. Не обращая внимания на детей и фермеров, кланявшихся вышедшему господину, просторцы шествовали по дорожке, вымощенной белым камнем. По обе стороны тропинки росли кусты, прижавшиеся к крупным стволам могучих деревьев. Лимоны размером с человеческий кулак валялись под ногами и мешали проходу. Разноцветные яблоки угрожали сорваться с веток у пасть проходившим на голову. Опасаясь излишних казусов, отпрыск Ирины и его верный последователь шли строго по центру. Их поджидали двое мужчин яркой дорнийской внешности. Расседланных и загнанных лошадей увели в конюшни, пока сами наездники терпеливо разглядывали изменившуюся природу вокруг.
Последний раз они оба отдыхали под сводами роскошного замка еще до начала лета. Заметив приближающегося вельможу, разодетого в дорогие материи, высокий лорд нахмурился и бросил весьма красноречивый взгляд на спутника. Тот в ответ улыбнулся краешком губ и рукой откинул несколько непослушных черных прядей. В карих и небесных глазах читалось неподдельное отвращение. Им претило общество напыщенных козлов с претензией на триумфаторов.
