– Хочет ли она удочерить Рэд?
– Какие могут быть сомнения?
– Хорошо, – сказал Дуган, в раздумье потирая ладонью подбородок. – Я должен найти выход, чтобы все стало на свои места.
– И лучше поторопись, – посоветовала Лила. – Только два дня осталось. А эта дурочка Памела лишь укрепилась в своем решении отказаться от ребенка. Если вы с Клэр не опомнитесь, нашу малютку отдадут чужим людям.
Первым желанием Дугана было вскочить в машину, помчаться в город, найти Клэр – неважно, занимается ли она с пациентами или обедает в кафе, – закружить ее в своих объятиях и немедленно потребовать, чтобы они расписались. И никаких возражений!
Нет, не годится. Он снова принимает решение, не спросив ее мнения. Что же делать? Ухаживать за ней, а потом сделать предложение? Тоже не подходит. Времени не остается, если они хотят не упустить шанс, о котором мечтали, – иметь ребенка.
Дуган собрал инструменты, отнес их в сарай. Где же выход? Он стоял в проеме двери, засунув руки в карманы, смотрел на свои владения и лихорадочно думал.
На пастбище стадо коров лениво щипало траву. Уходили вдаль ровные ряды хлопка, на которых пунктиром виднелись белые уже раскрывшиеся коробочки – скоро собирать урожай. На том поле, где он чуть не потерял Клэр, сейчас рос сладкий картофель и арахис.
В течение многих лет ферма была его единственной жизнью, единственной заботой. И он многого добился. Дрожал над каждым пенсом, но отдал долги, даже разбогател. Хотя многие другие хозяева разорились или соблазнились правительственными подачками, называемыми «сельскохозяйственным регулированием».
Но если он такой благополучный, удачливый фермер, каким его все считают, почему не радуют его сейчас высокие цифры доходов? Почему на сердце скребут кошки?
Все очень просто. Без Клэр он может существовать, но жить – нет. Самое дорогое выскальзывает сейчас из рук, просачивается, как вода сквозь пальцы.
Черт побери, он должен придумать, как заставить Клэр поверить, что она для него самое главное в жизни. И неважно, удочерят они Рэд или нет.
Лентяй подошел, опустился у его ног и жалобно заскулил.
– Ты тоже скучаешь, парень? – Дуган присел на корточки и почесал собаку за ушами. – В этот раз мне нельзя ошибиться. Я не могу еще двенадцать лет ворочаться один в холодной постели.
Старый пес выразил свое согласие и поддержку, лизнув Дугана в лицо и «улыбнувшись». Клэр, во всяком случае, называла это его выражение улыбкой.
И вдруг Дуган понял, что нужно делать. Он отодвинул рукой нос Лентяя от своего лица и принялся рассуждать вслух:
– Да, парень, верно… Потребуется, конечно, покрутиться, и уйдет куча денег. Но хуже, чем лишиться Клэр, ничего быть не может.
Дуган поднялся и стал мысленно подсчитывать свои наличные деньги. Сколько у него еще на счете в банке?
– Какого черта! Я займу, если понадобится.
Лентяй одобрительно зарычал, поднялся и заковылял к дому, как бы приглашая Дугана последовать за ним.
– Не переживай, парень, я иду, – сказал Дуган, догоняя его. – Нужно сделать несколько звонков. У меня мало времени. Но, надеюсь, и ждать придется недолго.
Утром в субботу Клэр сидела у себя в кабинете, смотрела на календарь и придумывала, чем бы отвлечься от мрачных мыслей.
Завтра воскресенье. Прошло две недели. Памела объявит свое решение. Неважно, все равно Клэр навсегда потеряет возможность воспитывать, даже видеть…
– Рэд, – прошептала она.
Каждый раз, когда произносили это имя, Лила морщилась, а Клэр оно нравилось – Рэд. И подходит малышкиному личику, да и к проявляющемуся темпераменту.
Клэр выдвинула ящик стола и вытащила красивое кружевное платьице, купленное для Рэд в новом магазине, который открыли в Сьерре. Памела хочет, чтобы крестины состоялись завтра после службы. Клэр обещала купить наряд для малютки. Рэд будет выглядеть в нем чудесно.
Клэр медленно гладила прохладный атлас платья, перебирала кружева. Очень красивое платье. Они не могли купить такое для Анжелы.
Она прижала платье к лицу. Завтра ей нельзя плакать, нельзя распускаться. В такой важный для Рэд день она должна улыбаться и радоваться.
Но как трудно будет расстаться с этим ребенком! «Беги к Дугану, скажи, что хочешь выйти за него замуж, – уговаривала себя Клэр. – Покончи с этой мукой. Ты будешь матерью!»
Нет, так нельзя. Как бы ей ни хотелось считать малютку своей – это не может быть ни поводом, ни причиной ее замужества. В том числе и в интересах самой Рэд. Ребенок должен появляться в семье, когда взрослые уже решили свои проблемы и готовы отдать младенцу душевные силы. А не тратить нервы на выяснение отношений.
Клэр убрала платье в стол. Чем же заняться? Она обещала декораторам выбрать кафель и покрытие для пола. Они оставили образцы в доме. Клэр пригласила обоих местных мебельщиков, как и советовал Дуган.
Кафель был отличным, ковер красивым – все в доме было замечательным. Но ничто не трогало, не радовало Клэр.
Она прошлась по дому, поднялась на второй этаж в спальни. Здесь не раздастся ни детский плач, ни смех Дугана.
Как она скучает без него! Без его уютной спальни, без его постели…
– Мисс Клэр? Клэр? – услышала она знакомый голос.
