Королева Екатерина была права. Станислав Лещинский, которого счастливый соперник лишил польской короны, все еще не терял надежды вернуть себе трон, опираясь на помощь французского монарха. Впрочем, о несчастной семье уже позаботились. Когда изгнанники оказались на берегах Рейна, к ним явились представители короля Франции и предложили выбрать город для проживания, пообещав к тому же выплачивать содержание. Тогда Станислав Лещинский и выбрал Виссембург, расположенный в Нижнем Эльзасе. На окраине городка семье предоставили старый обветшалый дом; обещанная же пенсия выплачивалась крайне нерегулярно.
Лещинские жили очень скромно, у них почти не было слуг, кроме нескольких преданных друзей, которые пытались придать дому видимость королевского величия. Образованием Марыси занимался сам король — человек весьма ученый, философ и художник. Он не оставлял мысли об удачном замужестве дочери и потому заботился о ее воспитании. Вскоре девушка научилась танцевать, петь и играть на клавесине. Принцесса могла похвастаться отличной фигурой, высоким ростом, прекрасными густыми волосами цвета льна. Она не была настоящей красавицей, но ее отличал
живой взгляд, очаровательная улыбка и великолепный цвет лица . — снег и розы. Словом, она была прелестна.
На нее обратил внимание французский офицер, маркиз де Куртанво, чей полк стоял тогда в Виссембурге. Вернувшись в Версаль, маркиз стал полковником швейцарских гвардейцев, но рассчитывать на титул герцога он не мог, поэтому от короля Станислава получил отказ.
В Париже тем временем происходили странные события. Регент скончался, и власть перешла в руки герцога де Бурбона, который как огня боялся возвышения герцога Орлеанского. Этот последний не унаследовал ни пороков, ни величия своего отца-регента — он был безликий набожный молодой человек, лишенный всякой хитрости. Единственное, что он любил по-настоящему, — это хорошая еда. Однако если бы юный король Людовик XV умер бездетным, именно герцог Орлеанский наследовал бы его трон. При одной мысли об этом премьер-министру Бурбону и его любовнице госпоже де При становилось дурно. Избежать подобной катастрофы было не так уж и сложно: королю надлежало сделаться отцом. Однако он мог умереть до того, как родится дофин, поскольку его невесте, испанской инфанте Марии-Анне-Виктории, которая вот уже три года жила в Версале, было всего восемь лет, и она еще не достигла брачного возраста. Король же по-прежнему самозабвенно охотился, а, как известно, именно на охоте чаще всего случаются несчастья. Людовик мог также просто заболеть, лечь в постель и умереть, не оставив потомства, и тогда…
Целыми днями госпожа де При описывала герцогу де Бурбону коронование герцога Орлеанского и их опалу, унижение, разорение…
И вот однажды Людовик XV в самом деле занемог. Герцог де Бурбон пережил страшные часы.
— Как только он выздоровеет, надо его женить! — заявил герцог своей любовнице и через несколько дней заставил Совет принять решение об отправке инфанты домой.
Филипп V никак не ожидал такого поворота событий и, разумеется, очень обиделся. Из Испании были немедленно выдворены французские послы, а также две дочери Филиппа Орлеанского, собиравшиеся выйти замуж в Мадриде. Оскорбленная Испания готова была надолго возненавидеть Францию и даже объединиться с австрийскими Габсбургами…
Плачевный результат этого разрыва не очень обеспокоил госпожу де При, занятую поисками жены для Людовика, который к тому времени полностью выздоровел. Был составлен список всех европейских принцесс, и вскоре выяснилось, что из ста семьдесят семь не подходят по возрасту. Пришлось довольствоваться теми, кто остался. Но, к сожалению, после долгих раздумий все они были отвергнуты. К примеру, у принцессы Португальской был сумасшедший отец, а у принцессы Хессе-Ринфельд — весьма странная мать, о которой говорили, будто она родила сперва дочь, а потом — кролика… Не дай бог, если у дофина окажется заячья губа! Короче говоря, дело затянулось…
И тут госпожа де При подумала о Марии Лещинской, которую в свое время прочила в супруги герцогу Бурбону, считая девушку совершенно безобидной и не способной лишить ее, госпожу де При, положения герцогской любовницы. В течение нескольких месяцев она тайно переписывалась с бывшим королем Польши, который, конечно же, не возражал, чтобы его Марыся стала спутницей жизни премьер-министра Франции.
В списке принцесс на выданье ее имя стояло первым, но первым же и было вычеркнуто — по причине бедности невесты. Однако…
Госпожа де При решила воспользоваться тем, что несчастная бесприданница будет бесконечно признательна людям, избавившим ее от нищеты, и, став королевой, не забудет своих благодетелей.
И вот портрет Марии Лещинской, когда-то написанный Пьером Гобером для герцога Бурбона, поспешно извлекли на свет божий и показали королю.
