- Интересно, господин Штангер. Сколько бы раз я ни беседовал с вашими коллегами, всегда они мне задавали этот же вопрос. Не является ли это доказательством того, что каждый из вас имеет что-то на своей совести? прищурил он глаза. - Однако ближе к делу. Вы мне нравитесь, господин Штангер...
- Спасибо, мне приятно это слышать, - отпарировал Штангер.
- Я познакомился с вашим замечательным прошлым. Знаю, за что вы получили Железный крест. А что бы вы сказали, если бы я предложил вам работать в разведке СС?
- Честно говоря, ваше предложение для меня так неожиданно...
- Я говорю вам это совершенно серьезно.
- Я сейчас не готов дать вам ответ. Я должен подумать над этим...
- Вы член национал-социалистской партии?
- Нет, но по своим убеждениям я национал-социалист.
- Похвально. Видите ли... - Эсэсовец, подбирал слова. - Абвер переживает старческий маразм. Назрела необходимость , "освежить" его состав. Произошло то, что должно было случиться и что вы хорошо знаете. Многие ваши офицеры были только разведчиками, да и то плохими, но не многие из них были преданы фюреру и нашей идее. Это, конечно, к вам не относится. - И в подтверждение своих слов он театрально замахал руками, - Я хорошо познакомился с вашим прошлым и результатами вашей работы. Я практически знаю о вас все! - Лайсберг пронзил взглядом Штангера, а тот в свою очередь посмотрел ему прямо в глаза. - Вы столько лет работаете, хорошо знаете всех офицеров и майора Завелли. Буду с вами откровенен: не все здесь надежные... Отсюда просачиваются важные сведения к врагу... Так что любое ваше замечание об офицерах вашего центра, любая тень подозрения будут для нас... очень ценными. Я думаю, мы понимаем друг друга, герр лейтенант?
Штангер закурил новую сигарету и, скользнув взглядом по начищенным сапогам эсэсовца, его мундиру, знакам различия и лицу, глубоко задумался.
- Я жду ответа, господин Штангер, - торопил его Лайсберг.
- Да-да, именно об этом я сейчас и думаю... Если быть совершенно откровенным, господин Лайсберг, я никогда об этом не думал; Хорошо или плохо я выполнял свои обязанности, но мне никогда не приходило в голову, что кто-то из офицеров мог быть изменником.
- Я вас понимаю. Товарищеская солидарность - дело серьезное, однако офицер разведки должен везде усматривать деятельность врага. И все, с кем я здесь разговаривал, придерживаются такой же точки зрения, как и вы... - Лайсберг понизил голос и с многозначительным видом поднял палец. - Вы, как офицер по специальным поручениям, немало могли бы рассказать о Завелли, Фриватте, Хайдене и других...
- Герр гауптштурмфюрер, прошу мне верить, но действительно в этот момент мне не приходит в голову ничего такого, что могло бы вызвать подозрения относительно кого-нибудь из наших офицеров...
Эсэсовец не опускал с него глаз, лицо его помрачнело.
- Если я правильно понял, вы не принимаете моего предложения, процедил он сквозь зубы. - А если я займусь и повнимательнее изучу некоторые проблемы, вернее, некоторые неясные вопросы, связанные лично с вами?
- Со мной? С интересом все это выслушаю! - с нескрываемым удивлением ответил Штангер.
- Напрасно вы так самоуверенны, господин Штангер! - Голос эсэсовца стал твердым и грозным, - Например, дело об убийстве вами лейтенанта Бланке в шифровальной комнате... На мой взгляд, этот вопрос требует более основательного изучения. Даже после двух лет... Дальше... Убийство вами заключенного Михалика. Это все я напоминаю лишь мимоходом, ибо таких не совсем ясных дел, связанных с вашим именем, гораздо больше...
Штангер рассмеялся, с трудом скрывая охватившее волнение. Наклонив голову, он как можно спокойнее произнес!
- Я в вашем распоряжении, герр гауптштурмфюрер.
Лайсберг встал со стула и в свою очередь добавил:
- Вы, надеюсь, понимаете, что о нашей беседе никто не должен знать? У вас будет еще время обо всем подумать. Я рассчитываю на вашу интеллигентность. Когда вы обдумаете мое предложение, приходите ко мне. Вы не будете жалеть об этом. Ручаюсь...
- Я подумаю, господин Лайсберг, Никогда в жизни я не поступал опрометчиво.
Лайсберг на это ничего не ответил. Проводив Штангера до двери, он закрыл ее на ключ.
Ошеломленный услышанным, Штангер шел по коридору, скрипя зубами: "Фашистская свинья, подлец, негодяй и преступник!.. Бланке, Михалик, следствие... Так вот в чем заключается здесь работа этих молодчиков из СС! Ищут подозрительных, собирают компрометирующие материалы против Завелли и других. Вербуют себе союзников... Хорошо, пусть обвиняют друг друга. В таком случае я им помогу, А что, если поступить в разведку СС? Что на это скажет Центр? Надо все обдумать. Спокойно. Или это будет конец моей деятельности, или появятся новые перспективы?.."
Из-за поворота прямо на него выскочил Иорст и с возмущением опросил:
- Штангер, где тебя черти носят? Ищу, звоню, спрашиваю...
- Был на "исповеди" у гауптштурмфюрера Лайсберга...
- Ах так... - Иорст многозначительно покачай головой. - Не переживай, я там был уже два раза. И это, видимо, еще не конец.
- А какое у тебя ко мне дело?
