Но именно чей-то плач окончательно приводит меня в чувства. Дает понять, что я стала кем-то больше.
Я открываю глаза.
Смотрю на ярко-зеленые листья березы, их края посеребрены звездным сиянием. Гладкий серый ствол блестит на фоне холма и темного очертания леса.
Я трогаю свое тело, лицо, волосы. Удивительно, но я человек!
Мне снилось, что я монстр.
Я приподнимаюсь на локтях… и только тогда вспоминаю о плаче.
В шаге от меня лежит калачиком мальчик, его темная голова опущена, руки обнимают грудь, тело содрогается.
При виде него меня охватывает безудержная радость, но я не понимаю почему.
– Почему ты плачешь? – шепчу я и изумляюсь, что владею даром речи. Я говорила раньше? Не уверена.
Он поднимает взгляд. Весь замирает.
– Почему ты плачешь? – повторяю я, наклоняя голову вбок.
– Серена? – ошеломленно произносит он, и его глаза округляются от шока. Мальчик буквально источает искреннее, невероятное ликование. – Или… или Бедвин?
Я часто моргаю.
– Кажется, меня зовут Серена.
Его глаза начинают блестеть от влаги.
– Ты не помнишь?
– А что я должна помнить?
Он резко втягивает воздух и горбится.
– Ты знаешь, кто я?
Я прищуриваюсь. У него красивое лицо, но я точно никогда его не видела. Мотаю головой.
– Как тебя зовут?
– Оуэн, – тяжко произносит он. – Оуэн Меррик.
– Почему ты плачешь, Оуэн Меррик?
Он задумывается. Любопытно, почему ему так тяжело ответить?
– Я думал, что потерял тебя.
– Я потерялась? Я… Кажется, я долго спала.
– Три года, Серена, – шепчет он. – Прошло три года с тех пор, как я похоронил твое сердце. – Мальчик проводит рукой по волосам и поднимает взгляд на березу, которая будто склоняется над нами, прислушиваясь. – Спустя год ты проросла, через два твое дерево выросло. И на третий год ты вернулась. Возможно… возможно, еще через год ты все вспомнишь.
Что-то пульсирует внутри меня, и я прижимаю руку к груди.
– Мое сердце, – удивляюсь я. – Оно бьется.
Его улыбка пропитана грустью.
– Я отдал душу, а ты отдала сердце. Но, похоже, они вернулись к нам.
Я чувствую что-то еще. Оно наполняет самую глубокую часть меня, обитает в месте, которое, как мне кажется, раньше пустовало. Оно яркое и сильное. Более того, оно мое.
Я упиваюсь теплом летней ночи и радуюсь, что вынырнула из сновидений. Что наконец-то проснулась. Снова поворачиваюсь к мальчику.
– Оуэн Меррик, ты расскажешь мне все, что я не могу вспомнить?
Я протягиваю ему руку, и после секундного колебания он берет ее. Его ладонь теплая, крупная и полностью накрывает мою.
– Расскажу, – обещает он. – Я расскажу тебе, как младшая дочь Гвиден отреклась от монстра, которого создала ее мать. Расскажу о мальчике, отдавшем ей сердце, и как вместе они спасли мир от разрушения, которое оставило бы от него только листья и звезды.
Я улыбаюсь небу и придвигаюсь к Оуэну. Мы прислоняемся спинами к серебряной березе. Я закрываю глаза и слушаю его историю.
Книги – странная штука, и их взращивание требует совместных усилий.
Концепция этой книги зародилась в Прескотте, Аризона, в хижине в сосновом лесу. Я дописывала
Так что, прежде всего, спасибо прескоттскому лесу (Мне можно благодарить деревья? Как по мне, это вполне допустимо в контексте этой книги) и моему мужу за то, что всегда готов поговорить со мной на интересные темы.
Огромная благодарность моему агенту, Саре Дэвис, за то, что сразу влюбилась в концепцию этой книги и всегда поддерживала меня и мою работу.
Моему редактору, Лорен Ноулз, за гениальные идеи и частые мозговые штурмы, а также за что, что назвала концовку «эмоционально подрывающей».
Всей команде Page Street – поверить не могу, что это наша четвертая совместная книга! Спасибо, что всегда заботитесь о моих текстах и делаете их прекрасными.
Спасибо Ханне Уиттен и Чарли Холмберг, что прочитали черновую версию – лишняя пара глаз всегда пригодится, и ваши принесли мне неоценимую помощь. Спасибо Ханне и Анне Брайт, что придумали со мной заклинание короля, лишающее голоса (знаю, оно ужасно; вините их). Спасибо Джен Фулмер, моему отважному, потрясающему критику, за проницательные примечания и комментарии капсом. Спасибо всем замечательным авторам за групповой чат с бесконечными соболезнованиями, празднованиями и всем между ними: Ханне Уиттен, Стэф Месса, Анне Брайт, Джен Фулмер и Лоре Уэймут.
