…Вот в первых рядах трибун расположились эсэсовцы. Они довольны своей затеей. Сегодня они продемонстрируют киевлянам преимущество армейских спортсменов, наглядно убедят непокорных русских в превосходстве немецкой нации и в бесполезности сопротивления ей. Стадион заполнен жителями города, насильно согнанными на показательный футбольный матч между немецкой командой «Люфтваффе» и командой местного хлебозавода. Киевляне понимают основной смысл эсэсовской затеи, и, хотя никто не слышал о существовании футбольной команды хлебозавода, в глубине души у каждого теплится надежда: «Авось наши набьют фашистам».
На стадион выбегает команда «Люфтваффе». Фашистские футболисты в хорошей спортивной форме. Эсэсовцы встречают их маршем на губных гармошках. С противоположной стороны стадиона появляются измученные, истощенные советские спортсмены. Их только что привезла тюремная машина, которая будет ждать их за воротами стадиона. Киевляне узнают своих любимых футболистов — Трусевича, Клименко, Кузьменко, Балакина, Тютчева и других. Это футболисты киевского «Динамо».
В тяжелые дни защиты столицы Украины спортсмены «Динамо» сражались с фашистскими интервентами далеко за Днепром. Воинская часть, в которой они служили, попала в окружение, и вырваться из фашистских когтей удалось лишь немногим. Захваченные в плен советские спортсмены сперва были брошены в концлагерь, но оккупантам нужны были рабочие руки, и вскоре их прислали на хлебозавод, где они должны были работать по двенадцать и больше часов в сутки, получая за это всего лишь 300 граммов хлеба. Разве могли они думать о каких-то соревнованиях? Но их доставили на стадион под дулами пистолетов.
Раздается свисток судьи, возвещающий о начале игры. Динамовцы предупреждены о том, что они должны проиграть фашистской команде, иначе смертная казнь. Судья грубо нарушает общепринятые правила не замечая вопиющих хулиганских поступков немецких футболистов и придираясь к советским спортсменам. В первые же минуты игры центр нападения фашистской команды сбивает с ног вратаря, который теряет сознание. И хотя лицо у Трусевича в крови, ему не собираются оказать медицинскую помощь. Эсэсовцы и спортсмены «Люфтваффе» не скрывают своей радости.
Закусив губы, скорбно молчат киевляне…
…Актер сделал паузу, и я окидываю взглядом сосредоточенные лица подводников. В грозном молчании сжимают они зубы. Глаза этих мужественных людей говорят о том, что они готовы к самой жестокой схватке с врагом, чтобы отомстить за поруганную честь советских людей…
Пользуясь отсутствием вратаря, футболисты «Люфтваффе» забивают мяч в ворота динамовцев. Раздаются свист и крики на скамьях эсэсовцев. Однако вскоре Трусевич приходит в себя и снова занимает свое место в воротах киевлян. И вдруг происходит нечто ошеломляющее. Динамовцы переходят в решительное наступление. Следует атака за атакой, инициатива вырвана из рук «Люфтваффе». Фашистские футболисты в отчаянии пускают в ход кулаки, ругаются и грозят всеми земными карами… Но все напрасно. Правый край Клименко красиво забивает гол. Громовая овация, стадион ликует. Через несколько минут киевляне забивают еще один гол в ворота «Люфтваффе». Диктор по радио грозит «красным агитаторам», выкрикивающим «неуважительные слова» по адресу немецких армейских спортсменов, но его голос тонет в шуме ликующего стадиона.
До конца игры динамовцы забивают еще четыре гола и заканчивают матч со счетом 6: 1 в свою пользу. Эсэсовцы сконфуженно покидают стадион. Советских футболистов хватают и грубо тащат в тюремную машину, которая отвозит их к месту казни. Перед смертью Трусевич высоко поднимает сжатые кулаки и, грозя ненавистным оккупантам, кричит:
— Мы разгромили вас на футбольном поле, разгромим и в боях!
…Рассказ произвел на подводников сильное впечатление.
В зал вошел дежурный по штабу, с трудом пробрался к комдиву и стал ему что-то докладывать. Хияйнен тут же встал, отыскал меня глазами и сделал знак, чтобы я вышел за ним из помещения.
Лев Петрович быстро и молча шел на плавбазу «Эльбрус». Я едва поспевал за ним.
— Как вам понравился рассказ о динамовцах Киева, товарищ капитан второго ранга? — нарушил я молчание. — Прямо хватает за живое, не правда ли? Так и хочется отомстить этим варварам…
— Вот вам и представляется такая возможность, — ответил комдив, освободилась позиция. Я думаю послать вашу «Малютку».
— А чья позиция освободилась — разрешите узнать?
— Хаханов утопил транспорт с войсками, возвращается.
— Молодец! Это сегодня уже вторая победа.
— Третья. Вы забыли Кудрявцева.
В штабе Льва Петровича уже ждали офицеры с картами и другими документами, чтобы подробно доложить обстановку на театре.
— Готовьте корабль к срочному выходу! — приказал мне Хияйнен после беглого просмотра документов.
— Есть! К которому часу прикажете доложить?
— Срочный выход! Выпустим сразу по готовности. У вас еще работы много: не все запасы пополнены, экипаж на вечере на фабрике…
— Люди будут на корабле через десять минут! А пополнение всех запасов займет не более одного часа…
— Даю вам на все два часа!
