Как же приятно после трёх долгих лет несения службы наконец-то отправиться в отпуск! Причём не какой-то там недельный огрызок, а полноценный тридцатидневный отпуск, который можно провести в месте значительно более далёком, чем бар в ближайшем городке. Полковник Кондратьев лично заверил старшего лейтенанта Грэя, что в эти тридцать дней его не будут дёргать даже в случае конца света, так что служебный пейчер [3] можно оставить на базе. Только предварительно записать «гражданский» номерок для связи в случаях, предусмотренных уставом ВС НТР и можно валить на все четыре стороны.
Продолжая напевать детскую песенку, Саймон закинул в походный рюкзак нераспечатанную упаковку носков и ещё раз критически оглядел его содержимое. В общем-то, в дороге он собирался провести не более трёх дней, но мало ли что. Стоило ему прийти к выводу, что вещей вполне достаточно, как лежащий на столе пейчер издал громкую трель, после чего перекинул входящий звонок на TV-панель.
— Вас вызывает капитан Орлова, — приятным девичьим голоском продублировала ВИ текстовую информацию.
— Не-не-не-не-не! Нет! НЕТ! — простонал старлей, всем нутром ощущая, как накрывается его отпуск.
Девичье личико виртуального интеллекта нахмурилось:
— Отклонить звонок?
Ох уж эти голосовые помощники! Вечно делают то, что услышали, а не то, что от них хотят. Вытянувшись перед камерой панели, Саймон мрачно буркнул:
— Принять.
— Старший лейтенант Грэй, срочно к полковнику Кондратьеву, — строго произнесла капитан, обдав с экрана холодком серых глаз.
— Слушаюсь! — мут козырнул в камеру, стараясь скрыть бушевавшие внутри эмоции.
Впрочем, обмануть собеседницу не удалось. Придвинувшись к камере, она участливо прошептала:
— Сёмочка, я знаю, что ты в отпуске с завтрашнего дня, но сам понимаешь — служба есть служба. Обещаю, как вернешься — лично похлопочу, чтобы тебе дней десять поверх накинули.
Если Анастасия Орлова пообещала — так оно и будет. Двадцатидевятилетняя красавица с эйдетической памятью служила адьютантом у Кондратьева и крепко держала в своих наманикюренных пальчиках всю базу. Связываться с ней не рисковал никто, кроме самого полковника, к которому девушка питала некоторую слабость. Холостяк Кондратьев при этом не делал никаких шагов навстречу, предпочитая поддерживать отношения с помощницей исключительно в деловом русле. Это удивляло всю базу, хотя большинство сходилось во мнении, что он просто не хочет терять высококвалифицированного сотрудника, одинаково наводившего ужас как на здоровяков спецназовцев, так и на хитромудрых снабженцев.
— Спасибо, товарищ капитан! — поблагодарил мутант. — Разрешите идти?
— Лучше беги. А то Папочка уже полдня психует из-за тебя, седину на виски набирает, — улыбнулась Орлова и отключилась.
Хмуро уставившись в потемневший экран, Саймон с чувством выругался. То, что Папа психует — это понятно. Командующий базой всегда держал данное слово, а значит причины, по которым он нарушил своё обещание, были более чем вескими. Осталось только выяснить, что это были за причины — мутанту в голову приходили только очередная мировая война, апокалипсис и армогедец, но во всех трёх случаях по базе уже разносился бы вой сирены.
С тоской взглянув на забитый вещами рюкзак, старлей направился на ковёр к начальству. Спустя двадцать минут он максимально приветливо улыбнулся Орловой и, повинуясь капитанскому пальчику, прошагал к тяжелым дверям в кабинет полковника. Одернув форму, Саймон выдохнул и аккуратно постучался.
— Входите! — то, что Кондратьев не в духе, легко ощущалось только по одному слову.
— Старший лейтенант Грэй по вашему приказанию прибыл! — козырнул мут, вытянувшись в струнку.
— Вольно, — махнул рукой полковник и тяжелым взглядом уставился на причину своего плохого настроения.
Как выяснилось, в данный момент он был не один. За ножкой Т-образного стола восседал майор Кривич — командир 1й роты армейского спецназа «Дети Мораны», в которую входило и отделение Саймона. В отличие от высокого начальства, майор был совершенно спокоен, меланхолично отхлёбывая из высокой кружки суррогатный кофе.
— Скажи мне, сынок, ты в карму веришь? — зашёл полковник с неожиданной стороны.
— Верю, — осторожно ответил мутант после недолгого раздумья.
— Отлично! Тогда скажи мне такую вещь — это ж как ты нагрешил в этой жизни, что умудрился в последний день перед отпуском остаться без отпуска?
— Опять на построение проспал, — меланхолично предположил Кривич, сделав очередной глоток кофе.
— Да нет, мелковато что-то, — усомнился полковник.
— Не поздравил Настеньку с днём рождения, — прошептал майор, бросив опасливый взгляд в сторону двери.
— Это серьёзней, но за такое она бы его лично в асфальт закатала, — также шёпотом ответил Кондратьев.
— ПОЗДРАВИЛ Настеньку с днём рождения? — округлил глаза Кривич.
