На этих мыслях меня словно кипятком ошпарило. Я дёрнулась так, будто через меня пропустили ток. Я вдруг вспомнила от чего проснулась сегодня так рано: зеркало не могло разбиться само по себе. Кто-то был в моей комнате. Я почти побежала туда, чтобы кое-что проверить, но заметила в самом углу коридора знакомую картину. Вот куда ты спрятался, висельник, здравствуй. Теперь у меня возникла ещё одна странная идея: вести дневник перемещений этой дьявольской картины. Но прежде…
Я впопыхах добралась до комнаты и осмотрела осколки. В основном это были мелкие, рваные кусочки, но было и несколько крупных и острых. На них то я и разглядела уже подсохшие и помутневшие бурые пятна. На это раз это было не малиновое варенье.
Зачем ты разбил его, Мишель?
Было там и ещё кое-что. Маленькая мятая бумажка, небрежно лежащая под моей кроватью. Я бы ни за что не нашла её, если бы не принялась ползать по полу, изучая осколки зеркала. Я вытянула бумажку и развернула.
Дыхание стало сбивчивым и тяжёлым, как после серьёзного кросса. Сначала я прочитала записку про себя, но слова осели где-то на полпути, поэтому я прочитала вслух. Ещё и ещё. И ещё. Потом провела пальцами, повторяя причудливые изгибы букв. Выходило всегда одно и то же, но я всё равно не могла поверить в написанное. Я прикусила губу и смяла листок. Потом всё же развернула и прочитала ещё раз. Бред. Листок отправился в урну. А я продолжила сидеть на полу и рассматривать в осколках зеркала серый потолок. Интересная мозаика получалась.
Подняв зеркальный полумесяц с кровавым пятнышком посередине, я вгляделась в отражение: я стала бледная, как все обитатели этого дома, смотреть страшно. Я повертела осколок в руке, острый край скользнул по ладони. Паршивец, разбит и повержен, а всё равно кусается.
— Полли, ты не поможешь? — донеслось из приоткрытой двери.
— Конечно, Аня, секунду! — слизнув кровь, крикнула я.
Я встала и осмотрела царивший бардак. Наведу порядок вечером. А впрочем, пусть всё останется так.
Перед уходом я занырнула рукой в урну и спрятала записку в комод.
«Слова, застрявшие в исполосованном горле: Ты меня не помнишь, Полли?»
И что это значит?
Может ли дом появиться сам по себе? Без шума, без рабочих и чертежей, без единого свидетеля? Скажешь, нет? Скажешь, дома иногда строятся годами? Скажешь, это хлопотное и затратное дело? И ты совершенно прав, дорогой друг.
И всё же, эта история про дом, который появился в одном живописном краю из
Волна тревожных слухов и догадок сразу же прокатилась по местной деревне. И даже самые отчаянные смельчаки не решались приближаться к дому, только наблюдали украдкой. На первый взгляд ничего необычного там не происходило: днём было тихо, иногда из трубы шёл дым, иногда вкусно пахло изысканными кушаньями, словно дом так приглашал в гости любопытных наблюдателей. А ночами в окнах горел тёплый свет. Странным было одно: хозяина дома никто не видел.
В один промозглый осенний день страшный ливень застал врасплох беспечного охотника в лесу. До деревни путь был неблизким, а «дом из ниоткуда» манил теплом горящего очага. Уставший путник забыл про все опасения и постучался.
Ему открыл хозяин, безликий и совершенно непримечательный человек. Охотнику позволили радушно отогреться у камина, напоили горячим чаем, а когда совсем стемнело, предложили и ночлег.
«В лесу полно диких зверей, возвращаться в темноте и правда опасно», — решил охотник и принял приглашение хозяина.
Только он не знал, что в доме ночь темнее, чем снаружи. До самого утра несчастный мучился от нескончаемых кошмаров. А чуть рассвело — умчался прочь без оглядки.
Добравшись до деревни, он рассказал, что в «доме из ниоткуда» ему снились давно умершие родственники и оживали его самые страшные кошмары. И так он перепугался, что умер в этот же день. А местные жители навсегда уяснили: приближаться к тому дому нельзя.
Прошло время. Однажды через ту деревушку проезжала семья из Парижа. Глава того семейства хоть и был человеком благородных кровей, да хороших манер не имел. Он как-то обидел местного Пожирателя грехов, поди уже разберись чем, а тот взял, да и послал со злости его в «дом из ниоткуда». Мол, нечего такому статусному человеку жить в паршивом постоялом дворе, поезжайте-ка в роскошный пансион в лесу.
Что было дальше? Поговаривают, та семья пропала и больше её никто не видел. А дом сожгли местные жители. Поговаривают, да только это брехня.
На самом деле тот господин стал новым хозяином того места. А дом стоит и по сей день. И пока у дома есть хозяин — ничего плохого не произойдёт.
Только вот…
А впрочем, это уже другая сказка. Я расскажу её в следующий раз.
Обязательно расскажу, Лексон.
