- Выбери кого-нибудь другого.
Я перевела взгляд на «отца» и вопросительно уставилась. И упрямо повторила:
- Но почему?
- Познакомишься с ним получше, поймешь. Только не спеши делать окончательный выбор. Присмотрись.
Принц говорил все тише, и мне пришлось к нему наклониться, чтобы слышать. Он мне еще какое-то время пытался «промыть мозги», пока сие занятие не прервал знакомый голос:
- Добрый вечер, прекрасная Владиара.
Я подавила в себе желание закатить глаза и повернулась к Мариану.
Моё пожелание доброго вечера прозвучала не очень по-доброму. Мужчина вопросительно вкинул бровь, но не стал комментировать, а обратил моё внимание на того, кто стоял с ним рядом:
- Разрешите представить вам Верховного стража королевства.
- Гэбриэл Леонар фон Дарвутский, — бесцеремонно перебил его брюнет, и поцеловал мою, протянутую в соответствии с этикетом, руку.
А вот и главное отличие! Глаза. Нет, они были такими же красивыми и черными, как на картине, но вот взгляд был холодным как лёд. И властным. Мужчина не смотрел, а давил.
Я кивнула, и поспешила забрать руку – не хотела раньше времени показать свое расположение. Пусть почувствует себя охотником. Мужчина не заставил себя долго ждать:
- Разрешите пригласить вас на танец?
- В очередь становись, — оттеснил его Мариан.
- Вы еще тут подеритесь. – предложил Картериан и усмехнулся.
- Пусть принцесса сама выберет, с кем будет танцевать. – упрямо выпятил подбородок страж.
Принцесса выберет. Обязательно. Я осмотрела по очереди двух претендентов - танцоров. И протянула руку ...
…Принцу.
Картериан хмыкнул и принял моё приглашение. На прощание с довольным видом пояснил опешившим кавалерам:
- Не стоило мою дочь ставить в неловкое положение. Будьте мужчинами, разберитесь сами, кто с нею будет первым танцевать.
Мы вышли в центр зала и весело отплясали местный задорный танец.
Насмеялись от души. Под конец я окончательно убедилась, что сделала правильный выбор: во-первых, ни с кем из двоих, приглашавших на танец, я бы так не повеселилась, а во-вторых, страж не сводил с меня глаз. Впрочем, как и Мариан.
Не успела стихнуть зажигательная музыка, как тут же зазвучала спокойная. Под нее полагалось танцевать более чувственный мангит – подобие земного вальса, с замысловатыми пируэтами. И если первый танец предполагал импровизацию, оттого и был таким веселым, то этот требовал четкого исполнения фигур.
Я заволновалась. Справлюсь ли? Не собьюсь ли с ритма, не запутаюсь ли в замысловатых элементах? Первой мыслью было удрать в фуршетный зал, но, посмотрев по сторонам, поняла, что опоздала: с двух сторон ко мне спешили Гэб и Мар.
Хоть бы Мариан был первым! С ним, даже если напортачу, не придется оправдываться, так как он знает о моем «беспамятстве», поймет и «прикроет».
Словно услышав мои мысли, советник отца ускорился, почти перейдя на легкий бег, и в последний момент подсек стража, и, наплевав на приличия, подхватил меня за талию, увлекая в круг. Гэб зло глянул на более проворного конкурента, и сжал кулаки. А я, посмотрев через плечо, улыбнулась с извиняющимся видом.
Пока мы танцевали, страж не сводил с нашей пары глаз. Мариан поначалу старательно меня развлекал, но потом, когда я сбилась с такта, забыв движение, тихо стал комментировать все па наперед, то и дело наклоняясь к моему уху и томно произнося: «шаг вправо», «шаг влево», «поворот» …. Я слушала указания, а сама всё чаще поглядывала на стража. И не только потому, что мне нужно было показать свой интерес, но и потому, что мне хотелось смотреть на него.
Сейчас, когда его взгляд был не читаем из-за расстояния между нами, я видела в нём настоящего Гэбриэла, и мое сердечко то и дело сбивалось с ритма, переходя на бешеный галоп.
Как только мы дотанцевали и Мариан повел меня к принцу, так как между танцами полагался перерыв, на пути возник страж, уважительно мне поклонился и предложил:
- Не желаете подышать свежим воздухом? - И не дожидаясь моего ответа подставил локоть. Самоуверенный тип.
В рамках приличия здесь можно было подышать только на балконе. Туда брюнет меня и повел, подарив Мару победный взгляд. А тот в ответ одарил его злым. Как подростки, ей-богу!
По пути Гэб ухватил с подноса слуги два бокала игристого светлого вина, и на балконе осуществились сразу три моих желания: я смочила пересохшее горло, освежилась, обдуваемая легким ветерком, и в полной мере ощутила заинтересованность стража, так как тот неотрывно на меня смотрел. Даже когда пил.
Время от времени встречаясь с ним взглядом, и мило улыбаясь, я поняла главное: в его глазах было что угодно, но не влюбленность. Скорее там читался чистый расчет, потому что смотрел он так, словно оценивал лошадь на рынке. По окончанию осмотра я поняла, что «лошадь» ему понравилась, и он твердо решил за ней приударить.