- К тётушке приехала по делам. Ну и с тобой повидаться. Я тут обручилась. И скоро у меня свадьба…
Вери, не дав договорить, налетела с объятьями и поздравлениями. Когда она успокоилась, я продолжила:
- Я хотела бы тебя видеть среди гостей.
- Да кто ж меня пустит на королевский бал?!
- Если ты вступишь в наследство, кто посмеет не пустить баронессу на свадьбу к подруге-принцессе?! – я заулыбалась. – К тому же у меня для тебя есть сюрприз.
- Какой?
- Узнаешь. На моей свадьбе, — я махнула рыжуле на прощание, и пошла к центральному дому – на встречу с Шарнель. А подруга осталась задумчиво смотреть вслед.
Перед входом в кабинет настоятельницы остановилась перевести дыхание и набраться смелости. Разговор предстоял непростой.
Брюнетка сидела за столом и что-то писала.
- Здравствуйте, Шарнель, — я решила без лишних расшаркиваний приступить к делу, — У меня к вам серьезный разговор.
- Хватит уже мне «выкать», не чужие.
- Вот об этом я и хотела поговорить, — придвинула стул к торцу её стола, и уселась, собираясь с мыслями. Приняв решение, утвердительно тряхнула головой и выдала: — Не буду ходить вокруг, да около, скажу прямо. Я иномирянка.
Шарнель спокойно отложила в сторону перо, и также спокойно спросила:
- Кто такие вещи сообщает без подготовки? Так и инфаркт схватить недолго.
Растерянно захлопала глазами. Я ждала какой угодно реакции, но не такой. На женщину в предынфарктном состоянии она совсем не была похожа. Скорее на…
- Ты знала?
- Конечно. Неужели ты думаешь, что я неспособна отличить свою родную племянницу от залетной девицы.
- Тогда почему ты меня не сдала Верховному стражу? Почему помогала?
Шарнель молчала, сощурившись глядя на меня.
- Ты не первый раз сталкиваешься с иномирцами, — догадалась я. – Смею предположить, что кто-то из твоих родителей был с иномирной душой.
- Догадливая какая, — брюнетка печально ухмыльнулась.
- Просто я вспомнила твои электрические шары… У меня похожая магия. И здесь такой не бывает.
Настоятельница кивнула. Потом подумала, и заговорила:
- Тебе я, пожалуй, могу рассказать нашу историю… Супруга нашего отца была из знатного рода. И воспитание у нее было, мягко говоря, не очень хорошим. Она любила только себя. Отец с нею был несчастен. Постоянные истерики, угрозы покончить с собой из-за всякого пустяка… Она сбросилась в крыши замка. Из-за какой-то ерунды. Что-то там не поделили с отцом. А через несколько минут пришла в себя… Папа сразу догадался, что в тело его супруги попала иномирная душа. Так как она стала совершенно другой. И совсем не знала этот мир. Он не стал сдавать её властям. Решил понаблюдать. А потом влюбился как мальчишка. И результатом этой любви стали мы… У нас была счастливая семья. Мы купались в родительской любви и заботе, — женщина улыбнулась воспоминаниям, — А потом к нам приехала сестра Аврелии. И, конечно же, всё поняла. Она донесла королю… Родителей казнили. Перед смертью они поклялись, что мы были рождены не иномирянкой, и этим спасли нам жизнь. Но лучше бы нас казнили вместе с ними… Нас отдали на воспитание Гарделии. Она была такой же дрянью, как настоящая Аврелия… Ненавидела нас, и всячески издевалась. Поэтому, едва повзрослев, мы покинули её замок, передав своё наследство ей. Только на таких условиях она согласилась нас отпустить. Шерон к тому моменту уже заметила королева и взяла к себе фрейлиной, а я, на оставшиеся крохи родительского наследства, открыла монастырь для несчастных девочек, которым жизнь подкинула испытание в виде редкой магии…
- Спасибо тебе за всё, — я благодарно накрыла её руку своей. Мне было жалко эту красивую, самоотверженную женщину, которая прозябала в монастыре, хотя могла блистать в высшем обществе. Мы проговорили с Шарнель до сумерек. Я рассказала ей свою историю из прошлой жизни, и всё, что со мной случилось в этой. Воспоминания о прошлой жизни ко мне вернулись, как только Акриат снял блок с моей памяти, пояснив, что с таким «запором» долго ходить нельзя – последствия могут быть непредсказуемы.
Расстались мы добрыми друзьями. Шарнель проводила меня до конюшни, где ждал королевский конь. Попрощались перед воротами. Я вывела коня под уздцы за ворота и уже приготовилась сесть в седло, когда из темноты раздался голос. Такой родной и любимый.
- Влада…
- Гэбриэл, — выдохнула я, и кинулась навстречу шагнувшему ко мне мужчине. И он тут же накрыл мои губы своими.
Я таяла в его объятьях, как шоколад на солнце, со всей нежностью, которая во мне была, отвечая на поцелуй. Не знаю, сколько это продолжалось, — счет времени был потерян. Голова кружилась, тело просило большего, и только остатки самообладания не дали случится всему прямо здесь в лесу. Когда мы разорвали поцелуй, Гэб шепнул мне на ухо:
- Безумно тебя люблю…
- Я тоже…
И мы снова целовались.
Губы горели, внизу живота завязался тугой узел желания, в который упиралось не менее сильное желание моего мужчины. Я понимала, что еще немного, и мы не сможем остановиться, поэтому нехотя отстранилась.
