Володе то чего задумываться и над чем голову ломать? А, интересно просто стало ему — кого же сама завзала в чертогах у Петровича потчует. Какому такому человеку столь высокая честь оказывается? Просто там всё было. И весьма грустно. Никаких тайн, а банальная жизнь.
Рудольф Адольфович — дальняя родня, как говорят — седьмая вода на киселе, Изольде Генриховне. Всё у него в жизни вполне удачно складывалось — и в семье, и в производственной сфере. Друзья имелись надежные, денег хватало, связи были налажены в различных сферах. Тут сыну пришло время в армию идти. Мог бы он его и отмазать — возможности имелись, но сын ни в какую — иду служить как все. Попал в Афган. Погиб. После этого и сходил периодически с катушек Рудольф Адольфович. Запивал на несколько дней, заливал своё горе алкоголем. Помогало это плохо, но некоторое временное облегчение приносило. Так было и на сей раз. Друзья, родственники и знакомые ему сопереживали, в чём могли помогали, но сына вернуть ему не могли. Так тянулось уже больше года. Ну и ещё. По профессии был Рудольф Адольфович ювелиром. Причем — большим мастером своего дела. Таких на весь СССР на пальцах пересчитать было можно. Особо он себе известности не искал — кто надо, его и так знали. Очередь к нему была расписана не на один год вперед, причем, не из случайных людей.
Вот его и доставлял сегодня на такси до дома Володя. Выполнял поручение Изольды Генриховны. Кого вёз — не знал. Попросила его Изольда, он и помогал человеку. Помог до машины добраться — ноги плохо уже у Рудольфа Адольфовича ходили, на заднее сидение справа его поместил — самое это безопасное место в автомобиле при движении. Сам впереди рядом с водителем уместился, таксисту адрес назвал и покатили они в нужном направлении.
В отличии от Володи, Рудольф Адольфович немного о своём сопровождающем знал. Упомянутый выше Петрович, когда его Рудольф Адольфович коньяком угощал с разрешения Изольды Генриховны, про Вову ему немного рассказал. Сделано это было без всякой задней мысли, а после того как Рудольф Адольфович предложил выпить за своего погибшего в Афганистане сына. Тут Петрович по пьяному делу и вставил в разговор информацию о Владимире. Вот де, у нас тоже парнишка после Афгана работает. Временно швейцара на дверях замещает. Выложил и о том, что Вова орденоносец, и что боевыми искусствами владеет — смену назад такого бугая сумел успокоить… На бугая того и посмотреть страшно было, а Вова, так и ничего — справился, утихомирил буяна без вызова наряда милиции. Пожалел даже Петрович, что Вова последние смены дорабатывает и уходит. С ним, это он Рудольфу Адольфовичу сказал, очень всё тихо и спокойно у них было. Просто божья благодать на сменах Володиных наблюдалась.
— Владимир, ты, когда у Изольды работать заканчиваешь? — Рудольф Адольфович так к Вове обратился, когда они в такси ехали.
Пермь город большой, вдоль Камы на много километров протянулся, а ехали они куда-то за город. Там Рудольф Адольфович, оказывается, проживал. Двигались по времени они уже довольно долго, ветерком из окна Рудольфа Адольфовича немного обдуло — он слегка и протрезвел. После чего и разговор с Владимиром затеял.
— Одна всего смена и осталась. А там — уже свободен. Хорошая подработка к стипендии была, сейчас опять что-то искать надо. — Володя, повернувшись к Рудольфу Адольфовичу лицом, ответил. Тот помолчал немного, подумал над чем-то и снова к Вове обратился.
— Может ко мне пойдёшь? Ювелирный магазин я открываю. Разрешило государство и такую сейчас частную деятельность. — озадачил внезапным предложением Вову Рудольф Адольфович.
— А кем? — Вова в ответ вопрос ему задал. Просто машинально проговорил эту короткую фразу.
— Ну понятно, не директором. Так же по вечерам в роли охранника сидеть. Петрович сказал, что ты в меде учишься. Верно? — продолжил Рудольф Адольфович.
— Да. — задумчиво ответил Вова.
— Работа пока через день. Один боец у меня уже подобран, ты будешь, да ещё одного на вечерние смены найти надо будет. Разрешение на оружие я вам сделаю. Это тоже сейчас каким-то чудом разрешили. Диву даюсь я переменам в последнее время. Так, даже и не верится, жизнь то как меняться стала. С оплатой не обижу. — совсем уже трезвым голосом говорит Вове Рудольф Адольфович. Не только ветерок его в порядок привел. Таблетку какую-то он ещё по ходу нашего движения принял.
Сумму оплаты за вечернюю смену он также Володе назвал. Та ему весьма понравилась. Единственное — как бы с учебой проблемы не возникли. Вечер через два в охране сидеть, а не тяжело ли будет?
— По учёбе чуть-чуть прикрою. Ректор ваш, Евгений Антонович, мне немного знаком. Подумай, Володя. — говорит Рудольф Адольфович, а сам визитку с телефоном Вове и протягивает.
Володя визитку взял. За предложение поблагодарил. Тут они и до дома Рудольфа Адольфовича доехали. То ли дворец, то ли крепость этот дом за городом из себя представлял, а скорее — то и другое вместе.
