Я же прихожу во всё большее недоумение. Стоило в командировку уехать, а там такие перемены. Мы тут работаем, ничего не знаем, а там — дороги перекрывают. Скоро и банды на тачанках с пулемётами появятся под чёрным флагом с черепом и костями. В России ведь краев не видят — начнут гулять — враз не остановишь.
— А в институте как дела? Что нового? — задаю нейтральный вопрос. Больше что-то ничего не приходит в голову спросить.
— Да там всё по-старому. Нас вот только сюда направили. Продолжается образовательный процесс. — Вадик мне отвечает.
— Кто-то из наших ещё здесь есть? — интересуюсь у Вадима Ивановича.
— Димку видел несколько дней назад. Валера и Шура тоже где-то по кишлакам отправлены. Все живы-здоровы. Хотя, болеют сейчас многие. Когда уезжали, в Перми эпидемия какая-то разгоралась. У людей голова начинает болеть, температура под сорок, потом сознание теряют, судороги. Примерно через неделю выздоравливают, но ходят какие-то тормозные, сознание спутанное, плохо соображают. Не знаю, как дальше будет, когда сюда отправлялись, там только всё только в начальной стадии было. — продолжает удивлять меня Вадим Иванович.
— Здесь пока всё тихо и спокойно. Никакой эпидемии нет. Народ, правда, в медицинском отношении запущен здорово. Так что хватит вам здесь работы. — проясняю Вадику местную ситуацию.
— Слушай, Вова, наш начальник на днях говорил, что у нас в бригаде хирурга не хватает. Может тебя к нам переведут? Мы же тут разгребаем сейчас то что вы навыявляли. Жаловался наш руководитель бригады, что направлений на грыжесечения у него целая куча, да ещё и прочей малой хирургии вагон и маленькая тележка, а хирург всего один. Надо ему ещё минимум одного, а лучше двух. Ты уже, наверное, со своими медосмотрами выше крыши наездился, не откажешься немного и руками поработать. Если согласен, пошли к нашему руководству. Они с твоими переговорят, может быть тебя к нам и отпустят. Вместе работать будем. — делает мне неожиданное предложение Вадим Иванович.
Предложение весьма интересное. От осмотров этих уже голова кругом идёт, с ума скоро сойду. Оперировать — оно конечно предпочтительнее. Тем более, что кроме меня в нашей бригаде ещё один субординатор хирург имеется. Вот пусть он осмотрами и занимается, а я к Вадику в бригаду перейду. Помогу их хирургу, а потом и домой уеду в срок назначенный. Со всех сторон мне хорошо выходит.
Пошёл я с Вадимом Ивановичем к его руководству. Через полчаса уже и переместился со своими вещами к ним в подразделение. Как уж там большие начальники вопрос мой решали — мне не ведомо, но своего я достиг. Наша старая бригада сегодня в следующий кишлак отправляется, а я сейчас иду помогать операционную развёртывать. Завтра с утра и за оперативную деятельность буду приниматься, а что уж там в мире творится — может всё и успокоится уже к моему возвращению из командировки. Будем на лучшее надеяться.
Решением руководства медицинской бригады Володе нарезали деляночку — будешь для начала заниматься амбулаторной хирургией, а там — как себя проявишь. Сначала ассистировать допустим, затем и самостоятельно поработать разрешим. Всё в твоих руках. Ну, а кто бы отказывался. Так оно правильно и на практике проверено.
Выделили Владимиру помощницу из опытных перевязочных медсестер и начал он заниматься исцелением узбекского народа. Отсортировывали ему пациентов с бородавками, папилломами, липомами, атеромами и фибромами. Пользовал он их старательно, не халтурил. В предоставленном ему для работы помещении йод в банке убывал прямо на глазах, а количество пустых ампул из-под новокаина в ёмкости для медицинских отходов росло. Ну, всё правильно — в одном месте убывало, а в другом — прибывало. Так оно всегда и бывает. Трудился Владимир как на конвейере — перекурит раз в час, а затем снова к столу.
На второй неделе пациентов с небольшими грыжами к нему записывать начали. Поначалу немного — операционных сестер не хватало, да и не каждую к Володе приставить можно было. Хирург он так — без году неделя, ему опытная медсестра помогать должна и вовремя по рукам бить, если творить начнёт что непотребное. На пробу несколько узбеков с грыжами только и направили — посмотреть на его работу. Справился Вова и с этим, недаром в Перми добровольцем в хирургию дежурить ходил. Под конец каждого рабочего дня ещё несколько человек с вросшим ногтем в коридоре у его кабинета всегда сидело. И этих болезных на Вовочку нашего перебросили — пусть поработает пока желание не пропало. И ему в радость, и людям польза.
