Однажды одна крестьянка – женщина средних лет – попадает из своего времени, а это вторая половина 19-го века, в свою деревню под названием Пяторота, но только эта деревня та и не та одновременно. Потому что на дворе стоит 21 век. В этой новой Пятороте главная героиня Евдокия Морозова встретит свою праправнучку, а также потомков своих односельчан, из-за чего с ней происходит множество забавных ситуаций. Прямолинейная по характеру, Евдокия Морозова говорит всю правду в глаза, что не нравится некоторым людям. В итоге путешественница из прошлого окажется в одном специфическом учреждении, где с ней опять случаются разные казусы. Но крестьянка из 19-го века упорно пытается разгадать причину того, почему она оказалась в будущем, и как ей вернуться обратно.
Утро в Пятороте.
Светлана нехотя открыла глаза. Ей хотелось досмотреть свой странный сон, пусть он её немного не то чтобы напугал, скорее озадачил. Бабка приснилась какая-то странная: худая, маленькая и почему-то чёрная, как головёшка. Эта бабка, усмехаясь, смотрела на Свету во сне таким пронизывающим взглядом, что у девушки мурашки побежали по коже. Однако она не могла избавиться от не менее странного ощущения, будто и в реальности кто-то в упор смотрит на неё. А ведь смотреть некому! Света в доме одна. Мама ещё вчера уехала в райцентр в гости к куме. Муж с сыном остались в Киеве.
– Ти нащо (зачем) развалилась на полатях в чужiй хатi? – вдруг послышался ворчливый голос. – Сонце давно встало, а ти, дiвка, боки отлёживать? Робити (работать) хто буде?
Подобно резиновому мячику, Света подскочила на кровати. Одной рукой она поправляла волосы, другой судорожно запахивала вырез пижамы. Голос был женский, но мало ли что? Вдруг, пока она спала, в их дом ещё кто-то вошёл? Неужто с ночи забыла запереть входную дверь? Эх, а ведь Юра перед отъездом её просил!
– Не рискуй, Светик, почём зря. Тёща привыкла двери в хате не запирать. Но ты-то сколько лет, как уехала в Киев? Кто тебя в этой Пятороте не то что знает, а вообще помнит?
– Что, я так изменилась за это время? – попробовала успокоить мужа Светлана. – В деревне все – свои. Никто ничего худого мне не сделает. Да и потом я не раз бывала там наездами.
Но Юрий строгим тоном заметил:
– Сколько народу за эти годы туда понаехало? Время такое, что никому нельзя доверять.
В ответ Света послушно кивнула головой, опасаясь опоздать на поезд. Накануне, как на грех, затеяла стирку, чтоб дом оставить в порядке. С утра пришлось бегать по всей квартире, собирая постиранное бельё и попутно закидывая в чемодан свои вещи. Вот её Юрка совсем другой человек. Правильный! У него не то что личные вещи разложены по полочкам, а вся жизнь расписана наперёд! Однако у Светланы так не получается, хоть она очень старается. Но это, наверное, наследственное. В роду Морозовых все отличались некоторой чудинкой.
– Яка ти, дiвка, таке неповоротка (неповоротливая)? – тем временем искренне удивлялась обладательница ворчливого голоса. – Я що, голу бабу не бачила (не видела), али сама я не баба? Али у тобi не двiйко (две), а три груди? – в голосе говорившей прозвучала насмешка.
Убедившись, что грудь прикрыта, волос не взлохмачен, Света села на кровати, скрестив ноги по-турецки. Мотнула головой, чтоб откинуть упавшую на глаза непослушную чёлку, и чуть не вскрикнула. У окна, сложив руки на коленях, сидела незнакомая женщина. Ладно бы, Света её просто не знала, так она выглядела очень странно! Сейчас не то что в городе, в деревнях взрослые женщины иначе одеваются. Коротко подстриженная бабуля в брюках, за рулём велосипеда и со смартфоном в руках никого уже не удивит. А тут…
Одетая в длинную бордовую юбку в полоску, часть которых шла прямо, а другая внизу – широкими поперечными полосами, с капроновыми вставками по низу; в нелепую блузку с красно-бело-чёрными разводами; в цветной платок, женщина смотрелась, словно на дворе 19 век. Лицо красивое. Полные вишнёвые губы, высокие скулы, чёрные брови убегают к вискам, глаза большие карие. Единственное, сильно выступавший вперёд кадык не очень гармонировал с её образом. Возможно, чтоб отвлечь внимание от кадыка, женщина надела на шею жемчужное ожерелье. Чем-то похожа на актрису Элину Быстрицкую. Но взгляд!..
Кажется, что в самую душу заглядывает. Так смотрят со страниц газет экстрасенсы, коих нынче повсюду развелось, как тараканов. А ещё ведьмы. Эти, конечно, в фильмах-сказках.
– Простите, вы кто? – собравшись с силами, испуганно прохрипела Светлана.
– Хто-хто? – усмехнулась незнакомка. – Дед Пихто!
Во рту у Светланы вдруг стало сухо, между лопатками побежал противный липкий пот. В голове мелькнула мысль, что их незваная гостья могла сбежать из психушки. В принципе, больничка отсюда недалеко: три часа езды на разбитом рейсовом автобусе, или ровно в два раза меньше на попутке. Помнится, когда Света ещё в школе училась, из больницы сбежал пациент. Видимо, буйный, потому что тогда в Пятороту даже милиция приехала из города, а их, учеников, в тот день пораньше отпустили с уроков и наказали на улицу не выходить. Зря сказали! Света со своей подружкой Ирой Пархоменко до самого вечера бродили по селу в надежде увидеть пациента столь необычного учреждения. А что? Детям всё интересно!
Но Светлана давно не ребёнок, и теперь мысль оказаться лицом к лицу с сумасшедшей её откровенно пугала. Хоть и наставляла её когда-то покойная баба Ганна: «Ничого, дiвчатко, не бiйся. В тобi течёт кровь Морозовых!», однако Свете сейчас всё равно было страшно.
